Книга Мой демон удачи, страница 47 – Саша Бездушная

— Сан Саныч, — процедил он, и воздух вокруг него начал сгущаться, — у вас есть ровно три секунды, чтобы закрыть дверь с той стороны.

— А чего такого? — философ, казалось, совершенно не понимал ситуации. Он прищурился, вглядываясь в полумрак. — Ой. А вы это... я, кажется, не вовремя?

— Кажется?! — взревел Гад.

— Ну, извините, — Сан Саныч пожал плечами и сделал глоток кефира прямо из горла. — Я ж не знал. Думал, вы просто паритесь. А вы... ну, это... тоже паритесь. Но по-другому.

— ВОН!!!

Сан Саныч, несмотря на свою нетрезвость, ретировался с удивительной для его комплекции скоростью. Дверь захлопнулась, и в сауне снова воцарилась тишина. Только камни шипели, да где-то за стеной слышалось удаляющееся бормотание философа: «Вот так всегда... только соберёшься с людьми пообщаться... а они...»

Варя, всё ещё прижимающая простыню к груди, посмотрела на Гада. Его лицо выражало такую смесь ярости и разочарования, что она не выдержала и рассмеялась. Смех был истерический, нервный, но настоящий.

— Только не говори, — проговорила она сквозь смех, — что это тоже был баланс.

Гад медленно выдохнул, и напряжение в его плечах чуть спало. Он посмотрел на неё, всё ещё возбуждённый, всё ещё голодный, но уже с проблеском привычного сарказма в глазах.

— Если это баланс, — мрачно сказал он, — то я лично прослежу, чтобы завтра Сан Саныч поскользнулся на кефире и упал лицом в Ницше.

— Это будет нечестно по отношению к Ницше.

— Ницше переживёт. Он и не такое видел.

Варя снова рассмеялась и, потянувшись к нему, поцеловала в щёку.

— Я смотрю тебе гораздо лучше, пойдём наверх, — сказала она. — Пока сюда не заявилась Клавдия Степановна с картами Таро и святой водой.

— Я её испепелю.

— Ты никого не испепелишь. Ты только что восстановил силы, не трать их на бабушек.

Он что-то проворчал, но спорить не стал. Они натянули на себя остатки одежды и, стараясь не шуметь, поднялись по лестнице в свою комнату. Сан Саныч, к счастью, уже скрылся у себя. Михей, проходя мимо с чайником, только хмыкнул в усы и ничего не сказал.

В комнате они упали на кровать. Узкую, скрипучую, но сейчас показавшуюся им самой уютной постелью в мире. Варя прижалась к боку Гада, чувствуя, как его рука обнимает её, притягивая ближе.

— Знаешь, — прошептала она, закрывая глаза, — если бы мне кто-то сказал месяц назад, что я буду спать в обнимку с демоном после того, как он меня... ну, ты понял... я бы решила, что этот кто-то перегрелся в сауне.

— Если бы мне кто-то сказал месяц назад, что я буду спать в обнимку со смертной, которая вызвала меня, босой ногой в масле нажимая на кик-стартер, — отозвался он, — я бы решил, что этот кто-то сошёл с ума. А теперь...

— А теперь?

— А теперь я думаю, что это лучшее, что случалось со мной за последние несколько тысячелетий.

Глава 15. Аукцион неслыханной щедрости

После ночи в сауне что-то между ними изменилось. Это не было сказано вслух, не было как-то оформлено в слова или жесты, но Варя чувствовала это кожей. Гад стал ближе, отзывчивей. Он смотрел на неё дольше. Он реже язвил, хотя совсем без сарказма, конечно, не обходилось. И когда он думал, что она не видит, на его лице появлялось выражение, которое она могла бы назвать нежностью, если бы речь шла не о демоне.