Книга Даун Крик. Близнецы, страница 105 – Эжен Марсэль

— Да, благодарю за помощь.

Я пошёл к выходу, бессознательно вытряхивая из полупустой пачки сигарету.

«Если любимый человек обесчестил её и бросил, то она, скорей всего, причастна к его убийству. Сама убила или нашла сообщника? Но причём тогда остальные четверо?»

И тут я понял, что не так было на фотографиях из квартиры Дона Три́кстера, и ответ пришёл сам собой. В голове прояснилось, и совсем некстати всплыли слова Марты – «Cherchez la femme».

Пазл сложился.

«Нет никакого Последователя и никогда не было! Чистильщик и расследование отца никоим образом не связаны с серией в Сиэтле».

Осознание неприятной правды обрушилось на меня, как полноводная река на старую дамбу, и мне впервые за долгое время захотелось напиться. Я не стал возвращаться в «Рыбный бар Энтони», где меня уже знали в лицо, а побрёл куда глаза глядят. Зайдя в первый попавшийся бар, я сначала хотел выпить пару порций за стойкой, но потом передумал – взял целую бутылку виски и устроился за угловым столиком подальше от людей. Чем больше в меня вливалось алкоголя, тем более разнообразную гамму чувств я испытывал.

Стыд и благодарность лейтенанту Райту.

Я поддался тому же безумию, как и отец. Придумал несуществующие нити, притянул так, как мне хотелось, факты и улики, а всё из-за страстного желания оправдать действия отца. Мне казалось, если я раскрою это дело, то пойму, почему вместо семьи он выбрал маньяка. Как, наверное, было больно Стивену сначала смотреть на саморазрушение напарника и друга, а после понимать, что и сын пошёл по стопам отца, но всё равно сделать попытку помочь мне.

Злость.

Я злился на себя за то, что проигнорировал несколько нестыковок. Даже не различия в почерках совершённых преступлений, на которые сразу указывал Райт, а конкретные улики, изученные мной уже в Сиэтле.

Во-первых, растерзанный труп Дональда Три́кстера сразу и недвусмысленно указывал на личный мотив убийцы. Воры так себя не ведут. Да и наёмник не будет утруждаться перерезанием горла ножом или бритвой, просто возьмёт пистолет с глушителем. Даже если он оригинал преступного мира, то расчленением трупа и срезанием кожи с тела, отнимающими большое количество времени, уж точно заниматься не будет. Только человек, испытывающий личную ненависть и находящийся в ярости, может совершить подобное.

Во-вторых, если смотреть на снимки с места убийства Три́кстера одновременно, а не по отдельности, то на них можно ясно увидеть пять стаканов для виски, разбросанных по комнате вокруг тела. В то время как два бокала для вина стоят на столике с остатками ужина. Нетрудно догадаться, что убитый выпивал с друзьями в тот вечер. Конечно, теоретически Дон и прочие могли распивать виски и до прихода А́вы, но сомнительно, чтобы «жених» не убрал следы посиделок – партию с ужином надлежало разыграть достоверно.

В-третьих, Чистильщик вырезал метку на трупах той же бритвой, которой и убивал, а на телах мажоров знак нанесён ножом. Кстати, тем, которым отделены гениталии трёх жертв, но отличным от того, что использовался при освежевании Три́кстера. Это должно было навести меня на мысль: убийц как минимум двое. Но я предпочёл пренебречь этим фактом в пылу увлечения своей теорией.

Недоумение.