Книга Роман в Березовке, страница 33 – Ольга Митрофанова

Наташка, сидящая на корточках у его раздвинутых ног с наивно распахнутыми глазами и приоткрытыми губами, смотрелась феерически. Расстегнутая курточка и натянутая на груди маечка. Егор собрал все своё мужество, чтобы не кончить раньше времени. Такого конфуза с ним ещё не случалось. Он снова поерзал, обращая внимание Наташки на то, что ее тут ожидают. Та округлила губы в букве О, но на удивление ломаться не стала. Оттянула вниз резинку его трусов, оценивая масштаб бедствия и тихо произнесла:

— Я не умею.

Егор в ответ надавил ей на затылок, склоняя ближе к своему паху и сдавленно прорычал:

— Да делай уже что-нибудь.

Наташка наклонилась, приоткрыла рот, и с Егором случился феерический пиздец. Перед глазами кружились разноцветные звёзды, ноги упирались в кузов машины, затылок долбил об подголовник, Егора выкручивало в оргазмических спазмах, а ведьма с кудрявой шевелюрой продолжала его пытать. Скользила своим бархатным ртом по его члену, высасывая из него последние соки и жизненные силы.

Наташка оторвалась от его члена, подняла на Егора свои бездонные глаза и облизнулась. Его подкинуло на месте и прошило будто молнией. Опавший член заломило с новой силой. Ну, погоди, доберёмся до дома, будет тебе наказание с подробным разбором и пояснением, куда можно ходить, и куда не стоит, и отдельно про форму одежды.

Подтянул Наташку вверх, усаживая на себя верхом, она скользнула по нему мелкой тонкой змейкой. Прижал к себе ближе и жадно присосался к ее рту. Наташа застонала, потерлась об него грудью. Егор оторвал ее от себя и пересадил на пассажирское сиденье. Заправился и завёл автомобиль. Неспеша покатил по улице, боковым зрением наблюдая за Натальей. Она сидела откинувшись на сиденье, кусала припухшие губы, взгляд был немного расфокусированный. Видно ее от произошедшего тоже торкнуло не по-детски.

Егор расслабленно рулил к дому, предвкушая долгую ночь, полную страсти и секса, но тут как говорится, если хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах.

Глава 17

Вечер перестаёт быть томным, всплыли в памяти слова героя одного советского фильма. Виталька с детства отличался гнильцой. Вроде и мордаха смазливая, а взгляд холодный, губы вечно поджатые, когда рассердится верхняя чуть приподнимается, показывая белые зубы. Приезжал он в деревню почти каждое лето на каникулы и постоянно демонстрировал, что деревня ему не нравится. Проявив свою паскудную сущность пытался гнобить мелких пацанов, то велосипед отберёт, то мяч на крышу закинет, удочки в речке утопит. Егор с местными ребятами быстро ему объяснили зачем в хлебе дырочки. Больше к детям он не приставал. Издевался над животными. Собак палкой пил, кошек душил. Став повзрослее стал водиться с местными неблагополучными, подманивал их вкусностями, в приставку разрешал играть. Те и рады были, чего они хорошего в жизни видели, досыта и ни ели. В итоге в юношеском возрасте получил верных псов, выполняющих все его команды. Привозил он из города своим выросшим деревенским дружбанам не приставку и вкусности, а сигареты и алкоголь. Кто-то из ребят уехал в райцентр и работал там, парочка уехала в город и шабашила. Но неизменно по зову вожака стая возвращалась в родное село и гуляла как нравилось.

Егор тоже имел друзей, спортом они занимались, поэтому Великановскую шайку держали в узде. Если те не понимали словами, а это бывало чаще всего, то учили физически. Егор машинально потер ребра с левой стороны, по которым в своё время пусть и поверхностно, но полоснули ножичком, оставив малозаметный шрам.