Книга Это было вчера, страница 31 – Елена Осколкова

— К сожалению, изменение прошлого не в моей власти. А вот наше будущее вполне себе. — что он несет? — Я могу обеспечить тебе счастливое и беззаботное будущее. Тебе просто нужно простить меня, бросить свое ребячество с гонками и дать нам шанс на это будущее.

— Мне нужно просто простить? Просто… Бросить ребячество с гонками… Всего-то… — не замечала раньше, что у него маразм. Интересно, чего я еще не замечала через свои розовые очки наивных чувств? — А давай сделаем так. Я несколько месяцев буду спать с Артемом, а потом приду к тебе. К тому моменту я обещаю повзрослеть. И мы вместе шагнем в наше счастливое будущее. Как тебе идея? Мне кажется, что это идеальный вариант в нашем случае.

— Да угомони уже свой сарказм! — как он злится… ммм… такой бальзам на душу. — Ему здесь не место. Я разговариваю с тобой серьезно.

— Я тоже. — не смогла отказать себе в улыбке.

— Я предлагаю тебе спасти наши отношения, а ты предлагаешь похоронить их заживо!

— Ром. Я уже похоронила их. И они на тот момент были уже мертвы, даже слабого пульса не было. Что ты там спасать собрался, не имею представления. И мне, если честно, не интересно.

— Ты вот так просто готова все перечеркнуть? Просто взять и забыть?

— Забыл и перечеркнул все ты, когда начал мне изменять. Кстати, как долго это продолжалось?

— Я стою сейчас здесь, перед тобой, и прошу дать нам шанс. Разве похоже на то, что я все перечеркнул?

Бесполезно! Можно с таким же успехом поговорить со стеной. Он не слышит меня. Точнее не хочет услышать. И занял очень удобную позицию — говорить не о том, что произошло, а о мнимом счастливом будущем. Даже как-то обидно, что Рома считает меня настолько наивной и бестолковой, способной повестись на нелепые обещания.

— Я надеюсь, что ты уже собралась! У меня грандиозные планы на сегодняшний день! — услышали мы крики Артема из коридора. — Ой. Не помешал? — ему нужно было поступать в театральный, такой талант пропадает. Его игре верю даже я, зная всю правду. Так легко подошел ко мне и поцеловал, будто делает это каждый день.

— Помешал! — сразу ответил Рома.

— Нет. — я улыбнулась самой милой улыбкой своему фальшивому парню. — Но я не успела собраться. Меня, как видишь, отвлекли.

— Ром, а что, собственно, ты здесь делаешь? Тебе вроде ясно сказали, что вы расстались.

— Это решать только нам с Машей. И ты сейчас здесь лишний.

— Лишний здесь ты, Ром. — я решила вмешаться, пока эти двое кулаками махать не начали. — Я живу дальше, и тебе советую. Уходи.

— И цветы можешь свои забрать. Я сам задарю свою девушку цветами, в помощниках не нуждаюсь. — только сейчас я заметила у Артема букет Гипсофил. — Кстати, это тебе, малыш.

— Спасибо, они очень красивые.

Я приподнялась на носочки и нежно поцеловала Артема в губы. Надеюсь, со стороны это выглядело искренне.

— Маш, мы еще вернемся к нашему разговору!

Рома ушел, громко хлопнув дверью. От сдерживаемой злости, на его лице появились красные пятна. Он явно не ожидал такого поворота событий.

— Спасибо, что приехал. И за цветы. Вообще, за все.

— Ты как? Выглядишь не очень. Тебя всегда так трясет при встрече с ним? — я и не заметила, что мое тело снова дрожит.

— Ну, при нем у меня получается держаться. А вот потом да, нервы сдают, и начинается эта трясучка. Но это лучше истерик со слезами.