Книга Ада, страница 87 – Гала Мрок

Кайл резко подаётся вперёд, вглядывается, прищуривается:

— Мать моя женщина…

Зак пытается завести двигатель. Визг стартера кажется слишком громким — он режет слух, отдаётся эхом в голове. От этого звука в солнечном сплетении всё сжимается, к горлу подкатывает ком.

— Мы умрём! Мы умрём! — визгливо кричит Закари. Он вцепляется в руль, будто это может нас спасти.

— Заткнись! — Кайл хватает его за грудки, встряхивает. Его лицо в сантиметре от лица Зака, голос низкий, жёсткий. — Или я выкину тебя. Понял?

— Кайл, что нам делать?! — паника захлестывает и меня. Дыхание учащается, перед глазами плывут темные мушки.

Стадо неминуемо приближается — они бегут на звук, гонятся за машинами, как охотник за зайцем. Их глаза ищут жертву. Кто-то из них спотыкается, падает, но остальные топчутся по нему и бегут дальше.

— Всем лечь! — командует брат, его голос звучит как удар хлыста. — Не шевелиться, не разговаривать и даже глазами не водить! Они реагируют на движение и шум. Лежать тихо, как мыши. Поняли?!

— Нас вскроют как консервную банку! — не унимается Закари. Его лицо бледное, голубые глаза выпучены от страха, на лбу пульсирует вена.

— Можешь выйти, я тебя не держу, — Кайл как змея шипит ему в лицо.

— Зак, делай что он говорит! — вскрикиваю я от отчаяния и напряжения.

Ложусь спиной на сиденье, устремив глаза в чёрный потолок «Импалы». Дышу через раз, стараясь не издавать ни звука. Закари шумно дышит рядом, борется с паникой, но подчиняется. Отворачивается от окна, сгибается пополам, прикрывает голову руками. Слышу, как он шепчет что-то — то ли молитву, то ли ругательство.

— Я с тобой, — шепчет мне Кайл, касаясь моей ладони. Его пальцы горячие, чуть влажные от пота. — Возьми меня за руку.

Дрожащими пальцами беру его горячую руку, крепко сжимаю. Сердце стучит так громко, что, кажется, его слышат все вокруг — оно отдаётся в ушах, в кончиках пальцев, даже на кончике языка.

— Кайл, я люблю тебя, — слова срываются с моих губ сами собой. Они вырываются из глубины души, где скопился весь страх и отчаяние.

— Прощальное признание, — мягко резюмирует он. Слегка сжимает мою руку в ответ. — Я тоже тебя люблю, больше жизни.

— Да заткнитесь вы уже! — бросает Закари, отчаянно пытаясь взять себя в руки.

Мы замираем.

Колонна приблизилась — поток тел, стонов, хрипов. Я перестаю дышать, даже не моргаю, смотрю в одну точку и слушаю звуки, как из самого страшного кошмара. Кто-то спотыкается рядом с машиной, кто-то хлопает по двери — глухой, тупой звук отдаётся в груди.

Бурлящее, сиплое рычание окутывает со всех сторон вместе с нескончаемым топотом. Бесконечные удары по кузову — каждый удар беспощадно убивает мою нервную клетку. Слышу скрежет ногтей по металлу, глухие удары кулаков, хриплые выдохи. Воздух наполняется запахом разложения — горьким, сладковатым, тошнотворным. Он просачивается сквозь щели, оседает на языке противным привкусом.

Боковым зрением замечаю, как чья-то рука с обломанными чёрными ногтями царапает боковое стекло. Пальцы оставляют грязные следы. Внутри всё сжимается — кажется, ещё секунда, и стекло треснет под напором.

— Не шевелиться… — шепчет Кайл так тихо, что я скорее угадываю слова по движению губ. Его рука всё ещё крепко держит мою ладонь, пальцы чуть подрагивают.