Книга Костоправ. Книга 1, страница 51 – Максим Небокрад

Сарзон излагал эти ужасы будничным тоном, словно в сказанном не было ничего особенного. Я лишь коротко кивнул, обдумывая услышанное.

— Мне пора, — вдруг произнесла Азара, наблюдавшая за трапезой со стороны. — Я загляну через пару дней.

— В таком случае, мне тоже пора, — поднялся я следом.

— Не надо меня провож…

— На улице темень, — прервал её я. — Вернёмся в академию вместе. Сарзон, не забудь убрать продукты в прохладное место, чтоб ничего не попортилось.

Сарзон поспешно поднялся из-за стола:

— Конечно, господин…. А это… как вас зовут?

— Эйдан. Эйдан Кастволк.

— Спасибо за всё, господин Эйдан, — неуклюже поклонился он и повернулся к Азаре: — И вам спасибо, госпожа.

— Разберите одежду и еду, — добавила она. — В корзинах всё есть.

Он ещё раз поклонился, и мы вышли из барака. Как только мы отошли чуть дальше, я спросил:

— Ты ведь помогаешь им из-за Мивы?

— И что с того?

— Да ничего, просто спрашиваю.

— Для вотрийца нет большего позора, чем бросить сородича в беде, кем бы он ему ни приходился, — отрезала она. — Вам, оикхелдцам, особенно из благородных, этого не понять.

— Ты и сама благородная.

— Мы не такие, как вы, — резко произнесла она. — У нас никогда не было всех этих Домов.

Я не стал развивать тему и лишь предостерёг:

— В любом случае, не ходи сюда одна. Это опасно.

— Сама разберусь, что делать.

— Замечательно, но лучше и правда не рисковать. Ты можешь отправить кого-нибудь другого.

— Я никого не буду сюда посылать.

— Хорошо, — как можно мягче сказал я. — В следующий раз я сам наведаюсь и оставлю им денег.

— Как у тебя всё просто. Думаешь, одними деньгами тут обойдёшься? Им забота нужна, присмотр. Ты видел, как они живут? Думаешь, я не расспросила их обо всём? Сарзона уже дважды колотила стража и местные банды! Весь ваш город — это просто змеиное гнездо!

— Во-первых, Гилим — не мой город, — парировал я. — Во-вторых, что ты сама предлагаешь?

— Тебе я ничего не предлагаю. Это тебя не касается, Кастволк.

— Ну начинается… — закатил глаза я. — Можно подумать, я им не помог сейчас.

— С чего такая благодетель?

— Я не пытаюсь быть праведником, — терпеливо сказал я. — Всех не спасти, но раз так сложились обстоятельства, то почему нет? Тем более это твоя затея, а мы учимся вместе и живём практически бок о бок. Надо друг друга поддерживать.

На миг мне почудилось, что мои слова её смутили. Азара ненадолго умолкла, а потом тихо призналась:

— Не знаю, что с ними делать.

— Не пытайся лезть из кожи вон, — сказал я. — Теперь у них есть еда и нормальная одежда. Барак, как ни крути, не так уж и плох.

— Тебе легко говорить.

— Ну уж извини, транжирить отцовские деньги, чтобы купить им дом в столице, я не могу, а вот помочь с остальным — запросто. Пусть переждут зиму, а там посмотрим. Может, по весне удастся пристроить их куда-нибудь. Только вот одного не могу понять: что Мива делает в Гилиме?

— До войны некоторые вотрийцы пытались обжиться в Оикхелде. Кто не успел перебраться обратно, здесь и остался.

— Как ты её нашла?

— Случайно, — ответила Азара. — Увидела, как её поймали на краже хлеба несколько дней назад. Пришлось отдать страже пять сребреников.

— Сколько? — не поверил я своим ушам. — Пять сребреников за булку хлеба?

— Потому что вотрийка, — мрачно обронила она. — Или плати, или забудь про девочку.