Книга Костоправ. Книга 1, страница 115 – Максим Небокрад

— Мастер Ингвар, вы не против, если я буду писать вам? Хотелось бы и дальше заниматься зельеварением в свободное время.

— Конечно пиши, — улыбнулся он. — Отправляй письма прямо в академию или ко мне домой, я оставлю адрес.

— Вы слышали этого наглеца, этого пред-ста-ви-те-ля? — вдруг громко возмутилась Стилда. — Что он о себе возомнил, этот грубиян⁈

— Мастер Стилда, не стоит принимать поведение господина Дама близко к сердцу, — мягко произнесла Алюра. — Выступление в суде — это его работа.

— Похоже, его работа — быть напыщенным балваном!

— Ну что вы, мастер Стилда…

Она резко обернулась ко мне, сменив гнев на милость:

— Эйдан, дорогой, как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, мастер Стилда, всё в порядке, — через силу улыбнулся я.

— Знай: я категорически не согласна с этим возмутительным решением! Тебе нужно обжаловать приговор!

— Решения верховного судьи может оспорить лишь король или члены королевской семьи, — заметил Ингвар. — Как вы понимаете, никто из них не станет вмешиваться.

— Девятьсот тридцать золотых! — сокрушалась она. — Это ненормально!

— Мы все с этим согласны, мастер Стилда, — вполголоса сказала Алюра, словно опасаясь, что разговор могут услышать люди, столпившиеся у выхода. — Но таково решение судьи.

— Эйдан, — окликнул меня Цедас.

Друзья собрались рядом, явно желая поговорить.

— Пусть молодые люди пообщаются, — сказал Ингвар и глянул на меня: — Я буду в академии до темноты. Загляни ко мне, дам пару полезных зелий в дорогу.

— Хорошо.

— И ко мне тоже обязательно зайди, — добавила Стилда. — Подберу тебе что-нибудь почитать.

— Конечно, мастер Стилда.

Алюра лишь тепло улыбнулась на прощание и кивнула. Вскоре все наставники ушли, оставив нас одних.

— Ну как ты? — спросил Цедас, хлопнув меня по плечу.

— Терпимо.

— Два года — это очень много.

— Девятьсот монет одним только Бьердам — вот это очень много, — произнесла Тама, встав позади и привычно запустив пальцы в мои волосы.

От моих глаз не ушло, как Азара неодобрительно покосилась на этот жест.

— Неужели нет никакой возможности потом вернуться в академию? — с надеждой спросила Шаян. — Может, удастся восстановиться через пару лет?

— Увы, студентов, исключённых за нарушения правил, назад не берут. Я уже узнавал.

— Жаль…

— Честно говоря, я думал, что всё будет гораздо хуже, — признался Цедас.

— У всё равно меня плохое предчувствие. Такое ощущение, что Ваннер меня даже пощадил. Ещё и о снисхождении зачем-то сказал… Не верю я, что Бьерды удовлетворятся только этим.

— Да брось, не накручивай себя. Ты и так по полной получил! Оценили даже дворяне, которые рядом со мной сидели.

— Время покажет…

— Вот увидишь, два года пролетят незаметно!

Шаян полезла в свою сумку, достала небольшой лист с карандашом и предложила:

— Слушайте, а давайте запишем свои адреса для Эйдана. Рано или поздно учёба закончится, надо знать, куда письма слать. Да и лето на носу.

— Дельная мысль.

— Мы можем поговорить с глазу на глаз? — вдруг спросила Азара.

— У нас появились секретики? — хмыкнула Тама.

— Он знает, о чём, — с непроницаемом лицом сказала Азара.

— Мы сейчас, — произнёс я, поднимаясь со скамьи.

Мы отошли с ней в сторонку, и она сразу перешла к делу:

— Что насчёт моего брата?

— Раз Ваннер не озвучил точной даты, то я должен буду выехать сразу же. Уверен, это пропишут в приговоре.