Книга Костоправ. Книга 2, страница 41 – Максим Небокрад

— Да чтоб тебя! — сорвался на крик я и со злостью швырнул меч за борт. — Как же это всё надоело!

Я медленно выдохнул, стараясь успокоиться. Ещё ничего не закончилось. С кораблём мне не управиться, поэтому надо было убраться отсюда и уничтожить все улики.

Вернувшись в капитанскую каюту, я опустился рядом с Рони и попробовал влить в него целительскую энергию, однако ничего не произошло. Он был в полном порядке — просто спал глубоким сном.

Выйдя из потока Мрака, я принялся рыться в шкафчиках. Здесь было полно бухгалтерских бумаг, каких-то заметок и писем. Наконец я нашёл два небольших мешочка с монетами: семь золотых и около двадцати сребреников.

Затем заглянул в трюм и нагрузил шлюпку едой, питьевой водой, небольшим запасом одежды и парой мечей с кинжалами. Обшарив напоследок труп Якифа, я разжился компасом.

Отыскав масло, вылил всё на палубу, не забыв раскидать повсюду сухие ткани. Затем спустил шлюпку на воду, перенёс Рони и поджёг корабль. Пока огонь не захватил всё, я быстро забрался в шлюпку, обрезал верёвки и, ухватившись за вёсла, с силой оттолкнулся от борта.

Через несколько минут языки пламени уже лизали мачты и паруса. Густой чёрный дым поднимался к небу, окрашенному багровым заревом заката. Треск горящего дерева смешивался с шумом волн. Пылающий корабль становился всё ярче, бросая зловещие отблески на поверхность моря.

Я опустил вёсла в воду и начал грести, увлекая шлюпку на запад.

Глубокой ночью, когда усталость взяла своё, я ненадолго задремал. Разбудил меня внезапно начавшийся ливень, беспощадно заливающий нашу утлую шлюпку. Пока я торопливо вычерпывал воду, Рони даже не шелохнулся — он продолжал безмятежно спать, никак не реагируя на разбушевавшуюся стихию.

С первыми робкими лучами солнца небо очистилось, и дождь сошёл на нет. Наскоро перекусив вяленым мясом и сверившись с компасом, я уселся за вёсла. Плыл почти не делая передышек, стремясь как можно скорее достичь спасительной земли.

Рони проснулся лишь в середине дня. Сначала он беспокойно заворочался, пытаясь приоткрыть глаза под немилосердно палящим солнцем, но тут же отвернулся, уткнувшись лицом в днище шлюпки. Долгая минута прошла в молчании, прежде чем он спросил хриплым, надтреснутым голосом:

— Голова раскалывается… Где мы?

— В море. Где же ещё?

Рони тяжело приподнялся и, щурясь, огляделся:

— А корабль…

— Сгорел.

— Подожди… — Лицо Рони вытянулось, он напряженно хмурился, восстанавливая в памяти события минувшей ночи. — Они…

— Хотели отвезти меня в Юви, — сказал я, с усилием делая очередной гребок. — Ювийцы дают две тысячи золотых за представителя Дома.

— Что?.. Откуда ты…

— Выяснил у Якифа.

— Он мёртв? — глухо уточнил Рони.

— Как и вся его команда, — ответил я. — Корабль пришлось сжечь.

Рони запустил пятерню в спутанные волосы и спросил:

— Что за снотворное было в еде?

— Точно не знаю, но я учуял Нохамель.

— Впервые слышу.

— Ты и не зельевар, — пожал плечами я. — Но дрянь сильная — ты отрубился сразу.

Рони схватился за голову:

— А если бы ты съел хоть кусочек!

— Тогда бы меня накачивали снотворным до тех пор, пока я не очутился в пыточной.

— Эйдан, я… какой же я идиот! Ты же предупреждал!

— Расслабься, Рони, — ободряюще улыбнулся я. — Лучше скажи, голова не сильно болит? Колдовать сможешь?