Онлайн книга «Круговорот и тени»
|
— Этот сын с ним тогда быть, сержант? — Точно так, мессир рехтор! — Этот быть? Не другой? (Я затаил дыхание и смежил веки.) — Другой, мессир рехтор… — Другой, так есть?! Так ты говорить есть? Лица Хамера я не видел, однако знал точно: от ярости он побагровел точно свёкла. — Никак нет, мессир рехтор. — Этот сын это есть? — Точно так, мессир рехтор! — Да кто он такой?! Чего врёт тут про меня?! – взорвался Шкура. Вновь продолжительное молчание. Наконец Хамер ровно, спокойно заговорил: — Мессир Стрик, арестованный Шкура вверен тебе быть. — Так вот он есть! – запротестовал Стрик. – Вот он, мессир рехтор, перед тобой стоять! — Нет, мессир. Сбежать он быть. Брат занять его место, пока ты спать. — Но ведь… но ведь… — Для меня всё ясно быть. Мессир, твоё имя Копыто есть? — Да, мессир рехтор, – кивнув, подтвердил Шкура. — Мессир Шкура твой брат есть? — Да, мессир рехтор. — Когда твой отец мессир Нат быть лишать свобода, ты в собственном поселении быть? Шкура нервно откашлялся. — Можно я скажу кое-что, мессир рехтор? Насчёт одной штуки, которая мне давно уже покоя не даёт? — Говорить. Про это я тебя и просить есть. — На самом деле этот человек – вовсе не мой отец. Говорит, что отец, и с моим настоящим отцом, видать, разговаривал много, потому как кучу всякого знает обо мне, и о братьях, и обо всей нашей семье… однако это не он. — Не твой отец он есть? Обманывать он есть? — Насчёт «обманывать» не знаю, мессир рехтор. Порой такое чувство, будто он сам себе верит. Судья Хамер стукнул по столу. — Почти закончить мы есть. Сержант, мессир Шкура, который с тобой на постоялый двор быть, этот человек звать отцом быть? — Точно так, мессир рехтор! — Хорошо! – Судья Хамер облегчённо вздохнул, и до моих ушей донёсся негромкий стук его трости, опущенной на стол. – Хорошо! От мессир Нат показания я иметь. От мессир Бивень и мессир Шкура связан и бит он быть. Мессир Бивень мы иметь тут. Шкура хотел было возразить, но тут же умолк. — Ты меня перебивать не мочь, мессир! Мессир Бивень – твой отец он есть? — Да, мессир рехтор, зовут его Бивнем, но… — Тогда этот человек, он другой мессир Бивень для меня быть, так как сам Бивень себя звать. Этот мессир Бивень мы иметь тут. Мессир Шкура мы тут иметь нет. Мерен Джали я не видеть, однако маленькая девочка она есть и хворая есть лежать. Прозвучало это довольно зловеще, и в селларии настороженно, опасливо зароптали. — Для это предварительное слушание я быть решить. Касательно мерен Джали резон для обвинение я не найти. Иск к ней отклонить, хотя она быть отсутствовать. Голос Вадсиг прозвучал совсем негромко, но удивила она меня настолько, что я невольно открыл глаза. — Спасибо, мессир рехтор, – сказала она. – Вправду, от всё сердце спасибо. Подхлёстнутый гневным жестом Азейина, один из легерманов поспешил снова заткнуть ей рот кляпом, невесть как оказавшимся у неё на коленях. — Касательно мессир Шкура, побег его вина подтверждать. В беззаконное лишение свободы виновен он есть. Здесь он отсутствовать, ответ на обвинение дать нет, и я считать его отказавшийся от ответа быть. Так требовать закон. В его побег мессир Стрик я обвинять есть. Покосившись из-под полуопущенных век в сторону Стрика, я обнаружил, что новость об обвинении поразила его точно гром. |