Книга Машины Старого мира, страница 95 – Гэбриэл М. Нокс

Вирта встревоженно дёрнул Манис за руку, но та лишь отмахнулась.

— Ложь на моей совести. Он виноват лишь в том, что родился в семье мага и человека. Разве за это его нужно наказывать? Он не использовал силу до и не будет использовать после, так почему он не может остаться? Многие из вас знают его. Вирта хороший человек, честный и трудолюбивый. Он не заслуживает жизни в одиночестве.

— Манис, — всё пытался остановить её Вирта.

— Скажи мне, Мейар, почему он не может остаться? Он спас жизнь Сатье, разве этого мало, чтобы проникнуться доверием к одному из нас?

Толпа загудела, похоже, их тоже интересовал ответ годового руководителя, хотя многие жители отрицательно качали головами.

Мейар с доброй грустью поджал губы.

— Манис, наша бойкая и любопытная разнанка. Ты много узнала об острове и должна понимать, что Тулсаха всё ещё существует благодаря правилам. В масштабе одного Вирты решение было бы принято однозначно в его пользу, но давай посмотрим на это более глобально. Вирта не проживёт жизнь в одиночестве. Он красивый и здоровый молодой мужчина, который когда-то захочет завести семью. Если он останется с нами, то женщина, которую он полюбит, родит детей, и эти дети могут оказаться магами. Затем они вырастут, родят своих детей, и через несколько поколений мы получим новый слой общества. Так или иначе, люди сравнивают себя друг с другом, они выявляют недостатки, как в себе, так и в человеке, взятом за сравнительный эталон. Маги будут сильно выделяться в островитянском обществе, и они, будь уверена, используют подобную возможность. Пусть не все, но хватит и одного человека с такими мыслями. Он вознесёт себя над обычными жителями, и мы получим повторение истории континентов. Теперь понимаешь? Магия слишком весомое различие, она равна деньгам, которые до сих пор делят континентальное общество на части. У нас же нет ни денег, ни магии. Одна монета, один маг — и всё, Тулсахе придёт конец. Поэтому, как бы больно и обидно мне не было, я обязан не дать Вирте остаться здесь. Общество равенства не подходит для такого, как он.

Но мы можем позволить тебе остаться с нами, Манис.

Вирта поднял голову, бросив сначала короткий взгляд на Мейара, затем на Манис.

— Соглашайся, — тихо произнёс он, — когда я вернусь, то сообщу твоим родителям, что ты в безопасности.

— Нет.

Унимая снова разбушевавшееся сердце, Манис повернулась к Вирте.

— Я вернусь вместе с тобой.

— Но почему? — всё так же тихо говорил парень. — Тебе же здесь нравится, и ты сама сказала мне, что хочешь остаться. Для меня остров теперь закрыт, но ты…

— Я не останусь здесь… без тебя… — снова отвела взгляд, снова покраснела Манис.

— Но почему?

— Потому что… потому что я так хочу. Потому что из-за меня мы здесь. Я должна вернуться и всё объяснить в Разнане…

— Это не ответ.

— Другого ты сейчас не услышишь.

Вирта нахмурился, но больше ничего говорить не стал.

— Полагаю, решение принято. Из-за сокрытия правды мы отправляем Вирту в уединение, Манис может дожить месяц в выделенном доме…

— Мейар! — знакомый грудной голос раздался из середины толпы. — Но ведь и мы не были с ними до конца честны, не так ли?

— Беруха?

Главный растениевод подошла к помосту, широким жестом поздоровалась с остальными присутствующими и поднялась по ступеням. Жители встретили её тепло: кто-то хлопал по плечам, кто-то тянулся, чтобы пожать руку.