Книга Имитатор, страница 93 – Гэбриэл М. Нокс

— Мария?

Кир и Мария на мгновение замерли, украдкой взглянули друг на друга, а затем медленно обернулись. Марии понадобилась лишь секунда, чтобы узнать родственницу. Нахлынувшая волна смешанных эмоций не ускользнули от внимательного взгляда имитатора.

— Глазам не верю, — протянула незнакомка тонким голоском. — Не ожидала увидеть тебя на родине, да ещё и с кавалером. Хотя это, должно быть, друг дяди. Вы ведь не её кавалер, верно?

Кир молча перебегал глазами от приунывшей Марии к новой знакомой, а потом опустил взгляд на сжатую в ладони руку спутницы. Вместо того чтобы отпустить её и заявить о непричастности, он сильнее сжал тонкую кисть и притянул Марию к себе.

— Кто это бесцеремонная дама, дорогая? — обратился он к Марии голосом далуанского командира.

Поначалу растерявшись, девушка стыдливо убрала выбившуюся прядь волос. Затем, набрав в грудь побольше воздуха, взяла себя в руки и со снисходительной улыбкой произнесла:

— Моя двоюродная сестра, дочь тётки. Анастасия, знакомься, мой муж, капитан Ши Александер.

Новая знакомая, явно разочарованная открывшейся правдой, кисло улыбнулась, едва поклонившись.

— Хм, не ожидала. Мать говорила, что ты покинула город и теперь бродишь по землям Далу с разбойниками.

— Нет, я лишь вышла замуж. Здесь мы проездом, уже сегодня отбываем.

— Что ж, жаль, — явно слукавила Анастасия. — А так бы зашла к матери…

— Не хочу тревожить её. Мы должны спешить. Была рада встрече.

Кир тут же развернулся и побрёл прочь, увлекая за собой Марию. Когда они ушли достаточно далеко, Мария остановилась в небольшом цветнике, чтобы перевести дух.

— Неприятная у тебя сестрица, — заметил Кир, пытаясь распознать чувства девушки.

— Так и есть, Кир. И… знаешь… спасибо.

— Пустяки.

— Нет, правда.

— Поделишься?

Мария поправила платье, хотя необходимости в этом не было, затем посмотрела прямо на Кира.

— В семье я белая ворона, Кир. Моя мама считалась первой красавицей в районе жилых кварталов, её сёстры и племянницы тоже пользовались успехом, что в обществе Далу считается хорошим знаком. Женщины здесь не стараются познать мир или разнообразить собственное существование, для них предел мечтаний — это удачное замужество. А что делать, если ты не хороша собой, если нет у тебя ни харизмы, ни изюминки? Тогда ты обречена на одиночество, о чём мне не забывали напоминать. Ничего скорбного в этой истории нет, но в собственной семье я не чувствовала себя комфортно. Отец переживал, что замуж я не выйду и останусь сидеть на его шее. Даже за обучение в обычной школе не хотел платить. А ещё я «много болтала» о том, о чём не принято говорить в культурном обществе и как-то позволила себе заявить, что обычный рыбак или плотник ничем не хуже служки управляющего. Наместнику это не понравилось…

— Поэтому они отправили тебя к дяде в деревню?

— Да, точнее выгнали, запретив возвращаться в родной дом. Вывели пятно на красивом семейном полотне. Анастасия была самой гадкой из них. Она доходила до прилюдных оскорблений и неприятных розыгрышей. Жаль, что я не могла её пристрелить, как ты того оленя в лесу... Я выгляжу жалкой, да?

— Совсем нет. Ты выглядишь… живой.

Кир осторожно положил руки девушке на плечи.

— Чтобы ты знала, я никогда не считал тебя бельмом, наоборот, был рад среди суровых наёмников увидеть тонкий солнечный луч. Ты их совесть и душа, Мария. Лишь ты одна прониклась моими страхами и старалась поддержать. Людей участливей тебя я не встречал. Веришь мне?