Книга Отложенная беременность, или Любовь после смерти, страница 63 – Татьяна Михаль

Я стоял неподвижно, и только ветер вытягивал из-под шапки одинокие локоны непослушных волос.

Тело приятно болит. Душа же умиротворена. Люблю горы, безумно, всем сердцем. А горы любят меня. Они знают, что я выносливый, осторожный, отношусь к их мудрости и мощи с уважением. Горы не прощают трусов, страхов и невеж. Таких, они уничтожают, подминая под свои монументальные основы.

За размышлениями и наслаждением этим местом я пропустил опасность.

Сначала до моего слуха донеслись вскрики из лагеря.

Что-то не так.

Резкий поворот и я вижу, что лагерь находится в дыму! Словно кто-то кинул дымовые шашки!

Люди кричат от страха и разъедающего глаза газа!

– Какого чёрта… – прошипел гневно и выхватил охотничий нож.

Из густого дыма вдруг вышло несколько фигур в защитных масках против дыма и камуфляжных костюмах.

Остановился и напружинил ноги. Занял боевую стойку.

Кто бы это ни был, они зря напали на лагерь.

– Нападение на туристическую группу – это билет сразу на нары, – процедил я.

Один человек вышел чуть вперёд и снял с себя маску.

– Ты не прав, Максим, – ухмылка негодяя изменила лицо Дмитрия.

– Дима?! – не поверил я своим глазам. – Какого чёрта ты творишь?!

– Расчищаю себе путь, – хмыкнул он и кивнул на мой нож. – Убери, а не то поранишься.

– Не знаю, что ты задумал, но ты выбрал не тот путь, – сказал я жёстко и кинулся на уже бывшего друга.

Успел сделать два шага, как двое других вдруг выкинули вперёд руки и прыснули мне в лицо какой-то дряни, которая словно кислота разъела мне глаза. Лицо тут же вспыхнуло от боли, будто от ожога, глаза нещадно защипало.

И тут же мне в челюсть прилетел удар мощного кулака.

Удар был от Дмитрия или его подельников – не знаю.

– Ты – такая помеха, Максим. Не представляешь, как я рад, что ты выбрал именно этот маршрут, этот день и этих жалких людишек.

– Сукин сын… – прошипел я.

– Тебе сейчас больно и ты мечтаешь о прохладной воде, чтобы смыть с себя эту едкую жидкость. Но поверь, тебе уже не понадобится ни вода, ни что-то другое. Твоя смерть уже близка.

– Ты не посмеешь… – прошипел, едва сдерживая себя от желания закричать от боли, но вот, слёзы немного очистили мои глаза, и я могу чуточку, но видеть.

Лицо продолжает гореть и щипать, и я делаю вид, что до сих пор слеп, тогда как на самом деле, внимательно слежу за Дмитрием и его бандитами.

– Зачем? – единственный вопрос. Я не понимаю его.

– Затем, что ты – не пара Нике. Она должна была стать моей. Я столько лет ухаживал за ней, ещё в институте, дарил подарки, намекал ей на свои чувства и верил, что придёт один прекрасный день, и она поймёт, что должна быть моей. Я мирился с её неудачными романами, зная, что это всё не всерьёз. Я ждал, когда она проявит ко мне интерес… Но появился ты и все мои старания и ожидания прошли даром! Ты!.. Она выбрала тебя. Ты даже толком не добивался её!

– Ты болен, – сказал я. – Ты одержим моей женой… Мне жаль, но ты не должен причинять из-за этого боль другим людям. Оставь в покое мою группу и давай поговорим по-мужски.

– Не собираюсь тебе лить сопли. Мне плевать на тебя и твою группу, Макс. – Он вдруг расхохотался, словно настоящий безумец. – Ты сдохнешь, и твоё тело будет гнить в горах. Плоть будут рвать дикие животные, и клевать стервятники. Кости прорастут травой. Тебя просто не будет. Ты исчезнешь. Навсегда.