Книга Сделка с драконом, или Целительница его сердца, страница 97 – Оксана Северная

— Может, хотя бы булочку с собой прикажете подать? — с надеждой спросил Ник.

— Не стоит! Прощайте, Ник!

Рыжий помощничек на моих руках снова беспокойно заерзал.

— Не начинай, — тихо сказала я ему. — Сначала разберемся с гильдией, потом с завтраком.

Решительным шагом я направилась к воротам.

Экипаж с красным крестом на боку стоял у въезда, лошади нетерпеливо переминались с ноги на ногу. Я подошла ближе, и дверца распахнулась.

Передо мной появился Эдвин. Ну, конечно. Кто же еще? Бывший жених смотрел на меня с легкой, высокомерной, торжествующей улыбкой. Словно кот, загнавший мышь в угол.

— Доброе утро, Алисия, — произнес он мягко, но в голосе слышалось злорадство.

— Что на этот раз? — я прищурилась. — Меня ждут на очередном заседании?

— Какая ты догадливая, — он шире распахнул дверь, приглашающе кивнув внутрь. — Прошу.

Я забралась в экипаж. Феликс, который до этого сидел смирно, вдруг зашипел и выгнул спину, глядя на Эдвина с нескрываемой злобой.

— Твоя зверюшка потеряла дар речи? — усмехнулся бывший.

— Будто тебе есть до этого дело, — я погладила кота, стараясь успокоить.

Экипаж тронулся с места. Колеса мерно застучали по брусчатке. Я прижала Феликса ближе к себе, чувствуя, как он продолжает напряженно урчать.

Я не выдержала первой:

— Так что опять не так? Разборки по поводу цен?

— Мне запрещено с тобой разговаривать, — Эдвин скрестил руки на груди, но не удержался и добавил: — Зря ты приехала в столицу, Алисия. Таким, как ты, здесь не место.

— Еще посмотрим! — я выпалила и демонстративно перехватила газету, отгораживаясь от него бумагой как щитом.

Начала листать страницы, ища объявления о квартирах. Все-таки придется снимать жилье. Не могу же я вечно жить в медпункте. Феликс тем временем принялся изучать обстановку, недовольно ворча.

Мой взгляд заскользил по газетным строчкам, но мысли никак не могли сосредоточиться на прочитанном. Перевернула страницу и наткнулась на раздел светских новостей. Фотография с недавнего дня рождения кузена Себастьяна во всю полосу.

На развороте, рядом со статьей о мероприятии, виднелись несколько изображений с торжества. Я узнала шатры, толпу гостей, и… себя. В объятиях Дерека.

Мы стояли лицом друг к другу, его рука лежала на моей талии, я смотрела на него, и на моем лице играла улыбка.

Танец? Мы танцевали? Почему я этого не помню? Перед глазами заплясали золотые круги. В висках забилась тупая боль. Я зажмурилась, пытаясь прогнать наваждение, и резко отвела взгляд от фотографии.

Сглотнула. Дышать стало тяжело.

— Мяу! — истошно завопил Феликс и внезапно нырнул головой в мою сумку.

— Да что с тобой? — я попыталась остановить кота. — Есть хочешь?

Потянула Феликса на себя и заметила, что в его зубах виднеется листок бумаги. Впрочем, Феликс выплюнул его тут же. Развернула бумажку, взгляд скользнул по строчкам:

«Ты лжец, Эдмунд! Обещал брак, семью, любовь. Но я стала невыгодной партией? Ты опорочил меня, мою честь, мое имя. Что ж, и ты не узнаешь счастья. И никто из твоих потомков! Проклинаю мужчин рода Нойлард! Пусть каждый встретит истинную любовь, но не сможет взять ее в жены. Каждая истинная при первом поцелуе забудет о чувстве, ибо так она спасет свое сердце...»

Дышать стало тяжело. Я не помнила этого текста, вообще не помнила. Откуда он взялся в моей сумке? И почему от него холодеет внутри? Проклятье Нойлардов об истинной любви… В памяти яркими вспышками пронеслись смутные образы. Какая-то лавка, рыжая ведьма с котом на руках…