Онлайн книга «Смеющаяся Река»
|
По дороге попалось несколько невзрачных островков, но Гленн обратил внимание на деревья, торчащие из крупных кочек, так что их ветви купались прямо в воде. При ближайшем рассмотрении их листва оказалась длинными волосами мелких водяных духов, чье тельце было куда короче шевелюры. Они цеплялись за сучья крохотными цепкими лапками, а в их волосы, помимо кувшинок и колосков, были вплетены цветные ленточки. — Что означают эти ленты, Элиас? — спросил Гленн. — Это знаки памяти для душ людей, которые пропали без вести, — ответил Илья, — а на самом деле были растерзаны демонами Нижнего мира. Мы намерены упокоить их, когда зарастут разрывы в барьерах. Затем и деревья пропали из виду, а небо понемногу темнело. Гленн понимал, что у катера не будет проблем с навигацией, и все же ему стало не по себе. Родившись у моря, в душе он всегда считал себя сухопутным существом и боялся глубины, в отличие от отчаянной Лохлин. Катер держал курс на отдаленную деревню, которая располагалась даже не на острове, а в скоплении плавучих домов на деревянных платформах. Как объяснил Илья, духи обрабатывали их жиром жертвенных животных и поддерживали на плаву потоками энергии. Дома в основном были облезлые или вовсе неокрашенные, кое-где покрытые мхом, в воздухе стоял спертый гнилостный запах. Почти у каждого жилища крепилась лодка, мерно покачивающаяся на воде, и только ее плеск нарушал тишину. — Здесь земля целиком ушла под воду, и мы ничего не смогли сделать. Сколько ни пытались намыть новую территорию, ее то сносило штормом, то затягивал водоворот. Очень уж гиблое место оказалось, — констатировал колдун. — А как тут обстоит с канализацией? — У всех есть биотуалеты, которые время от времени очищаются. Если же кто-то вздумает справить нужду в воду, мало не покажется, — заверил Илья. — Но если место гиблое, почему люди не уехали на соседние острова или вообще в другой город? — искренне удивился Гленн. — Очень хороший вопрос, — усмехнулся Ян. — Остались те, кому проще жить здесь, чем лишний раз поднять зад. Не все смогли оправиться после наводнения — кто-то потерял близких, здоровье, карьеру, или просто бытовой комфорт. Одни покончили с собой, другие стали спиваться, жить на пособия или сидеть на шее у родственников. Зачем им куда-то рваться, когда и тут кормят? — Самое страшное, что кормилицами в таких семьях часто становятся женщины — жены, матери, сестры и даже дочери, — добавил Илья, поморщившись. — Вот они не брезгуют сменить каблуки на резиновые сапоги и пойти работать уборщицами, няньками, доярками, скотницами, пока «глава семейства» изображает из себя тоскующую принцессу. Не правящую, но царствующую… — Стало быть, это что-то наподобие гетто? — сообразил Гленн. — Вроде того, но сюда никого не сгоняют принудительно. Просто это место наиболее удобно и для самих криминальных элементов, и для расправы над ними. Тело легко спрятать, — сказал Ян, выразительно кивнув на темную воду, на которой колыхались лодки. От бесстрастного взгляда молодого финна Гленн невольно напрягся. Конечно, он знал истинное нутро колдовского мира, но спокойствие обоих северян пугало сильнее неистовой ярости южных шаманов и духов. Да еще всплыли в памяти недавние слова Солли о Яне. «Н-да, уж если сынок „слишком мягкий“, то каков же папаша? Видно, не зря эта стерва Ключевская весь мозг проела, что надо с ним быть осторожнее! Что же она такое про него знает, черт побери⁈» |