Книга Наказание для Коры Асвальд, страница 4 – Юлия Миронич

Чем ближе мы подходили к основным корпусам, тем отчетливее пахло травами, лекарствами и кровью. Справа на дорожку вбежали двое боевиков с носилками. На них без сознания лежал мужчина. Его нога была наскоро перемотана кусками разорванной ткани. Хотелось немедленно броситься на помощь, но Марселина вовремя дернула меня за рукав и шикнула:

— Даже не думай.

Стиснув ручку чемодана, я благодарно кивнула.

В башне властвовала чистота. Даже кованые перила лестницы блестели.

— Вы поселитесь наверху. Здесь не пансион, поэтому жить придется с соседями. Кто и с кем — разберетесь сами. На каждом этаже в конце коридоров есть душевые. Рекомендую заранее занимать очередь. Когда разложите вещи, отправляйтесь в столовую. Она находится в здании слева. Прием пищи по расписанию, поэтому не советую задерживаться.

Госпожа О'Райли раздала парням ключи и указала на пять дверей. Нас она повела в противоположное крыло. Комнат было всего две. Марселина не стала никого ждать, взяла протянутый ключ и поманила меня за собой. Три оставшиеся девушки не пожелали спорить.

Комната под номером пятьдесят три была тесной, но чистой и с приятным ароматом цитруса. Возле стены стояли три узкие кровати. Я заняла место у окна. Просто потому, что рядом был единственный стол. Впрочем, как и шкаф. Марселину этот факт огорчил, а я лишь пожала плечами. Ближайшие две недели все равно придется ходить в целительской форме.

— В тебе погибло чувство прекрасного, Кора. Отсутствие светской жизни явно не пошло на пользу.

Столовую мы отыскали по запаху без труда. Просторное помещение наполнилось голосами и звоном посуды. Взгляд выхватывал одежду пациентов, целителей и боевиков. Несмотря на оживленные разговоры, тарелки с густой похлебкой исчезали с поразительной скоростью.

Я успела взять ложку и откусить немного черного хлеба, когда вокруг стало тихо. Это произошло настолько резко, что последовавший звук шагов показался оглушающим.

Мартин Роуд вошел без спешки. Его цепкий взгляд безошибочно находил в толпе адептов. С удивлением я отметила, что профессор оказался моложе. Едва ли ему было больше тридцати. Белоснежный китель сидел на поджарой фигуре идеально.

Профессор Роуд поморщился и протянул:

— Вместо целителей академия прислала мне стадо голодных уток. Занятно.

Кто-то закашлялся. Марселина наклонилась к моему плечу и шепнула:

— Началось.

Мартин Роуд повернулся в нашу сторону, и подруга стушевалась.

— Прискорбно, что академия не прислушалась к моим рекомендациям, — он говорил спокойно, но от его тона невольно хотелось поежиться. — Женщинам место в косметологии. Поэтому предупреждаю сразу: не желаю видеть, как вы строите персоналу или пациентам глазки. Если замечу, то сразу выгоню.

Справедливо. Однако высказывание о месте женщины меня покоробило. Когда мой взгляд встретился с холодным взглядом Роуда, я насмешливо выгнула бровь.

— Здесь вам придется очищать раны от когтей и зубов нечисти, сращивать раздробленные кости, ампутировать конечности и зашивать плоть.

Он говорил это, не отводя взгляда. Я не уступала. И даже не моргнула, когда профессор Роуд резко хлопнул ладонью по ближайшему столу.

— Всем выстроиться в коридоре. Прямо сейчас.

Мы стояли у стены, как провинившиеся дети: кто-то нервно одергивал рукава, кто-то сосредоточенно смотрел вперед, а один парень остервенело пытался оттереть пятно от похлебки с рубашки.