Книга Обманутая жена генерала-дракона. Сбегу и (не) вернусь, страница 16 – Анастасия Феникс

Окинув меня ещё раз плохо читаемым взглядом, он, тяжело наступая на ковер ногами, пошел вперёд, а я смотрела на его спину, кусая губы.

Нет, ну я так не могу… Он, конечно, тот ещё козел, но…

— Погоди! — окликнула я его, от чего герцог едва не споткнулся. Повернувшись, он поднял брови и уставился на меня с претензией, мол чего окликнула, — Спасибо… За то, что заступился…

Да, он меня унижал. И особого почтения в его голосе я не слышала, когда он говорил обо мне слугам, однако… Выплеснутый чай и оскорбления не оставление в опасности… В общем, моя совесть меня допинала до этого «спасибо»!

— Эсми, — усмехнулся он, а после все же улыбнулся, — ты… На шею надень что-нибудь… — и, развернувшись, ушел, все ещё улыбаясь.

Мило, однако… Где взять подсказки для тупых?

Медленно моргнув, я села на стул с невероятно высокой спинкой, что больше напоминал трон, и уставилась на столовые приборы, которых, что говорится, было в ассортименте. Даже справочник, прочитанный мною, тут стыдливо отводил глазки и говорил, что он сдается и поднимает бумажные лапки при виде этого!

Мамочки… Я же ни разу не герцогиня… Я даже не внебрачная дочь барона! Для меня, Лэди из ХХI века, которая одной и той же вилкой ела и рыбу, и мясо, и одной и той же ложкой и суп, и торт (было дело) это все было дикостью и наукой непостижимой.

— Эсми… Все в порядке? — учтиво поинтересовался герцог, взяв крайнюю ложку и опустив ее в суп. «Повторить за ним!» — логично скажете вы! «У меня рагу!» — язвительно отвечу я! И действительно, пока наглая темноволосая морда довольствовалась ароматным мясным супом, я смотрела на овощи!

А возмутиться совсем наглость будет с моей стороны? Меня точно не лишат еды после этого совсем? Хотя, судя по обхвату талии, хозяйка замка сама себе такую диету и установила!

Покачав головой, я все же поднапрягла память и взяла примерно похожую на рисунок вилку и медленно погрузила немного рагу в рот.

У нее диабет что-ли был? Что все так пресно⁈ Ни соли, ни сахара, ни перца!

Сделав глубокий вдох, я перевела недовольный взгляд на мужчину, который внимательно смотрел на меня и на вилку в моей руке. Эмм… Все же не та, да?

— Опять будешь ругать меня, что не ем это же вместе с тобой? — насмешливо фыркнул герцог, а я тихо рассмеялась, отложив вилку.

— Тогда скорее уж себя, что я это вообще ела! — и, совершенно случайно, тоже фыркнула, отпив воды из бокала.

— Раньше ты ела и тебе нравилось! — сухо заметил муж, а я закатила глаза.

— Я не помню то, что было раньше, — вложила в свой голос максимум холода и безразличия, однако, голос все равно вышел каким-то обиженным.

— Хорошо, я передам слугам, что твои предпочтения изменились и ты, наконец, решила есть нормальную еду. Завтра приготовят и на тебя, сегодня уже будешь есть это. Я сейчас никого дергать не буду.

Дальше мы просто молчали, каждый думая о своем. Причём я обо всем и сразу: от очередной, фактически, издёвки, потому что до этого, несколько дней подряд мне на завтрак приносили еду, состоящую из куриного бульона, хлеба, мяса, какого-то соуса, чай и так далее в комнату и никто ничего подобного не выкидывал, вплоть до воспоминания о том, как я сама сидела на подобной диете.

И как потом рухнули мои мечты.

Если кому-то интересно, то я, вообще-то, отучилась несколько лет в цирковом училище, получила диплом и стала прекрасной фокусницей, но устроиться на работу так и не смогла. Везде были свои междусобойчики и никто не хотел брать в них ещё одного члена. И вот я, такая красивая, шикарная, поддерживающая свою форму бесконечными диетами и физической нагрузкой, знающая, что такое идеальный макияж в пять утра, в черном фраке… Отправилась на улицу. Сначала помыкалась по модельным агентствам, где мне доходчиво объяснили, что моя внешность более чем обычная. А модные дома тоже не горели желанием брать к себе ещё одну манекенщицу. После мне хорошо объяснили, что менеджеров, бухгалтеров и психологов, прошедших курсы, везде хватает. Я нигде не была нужна, поэтому постепенно понижала планку все ниже, пока не дошла до секретарши директора строительной фирмы третьего сорта, что, впрочем, было всяко лучше, чем работать уборщицей.