Книга Колючие дела Рози и Адама, страница 81 – Меган Баннен

— Конечно, без проблем. Ну, то есть я не хочу разговаривать с одним из них, а другой в принципе не хочет разговаривать, так что это нетрудно.

Рози ткнула пальцем ему в лицо.

— Повежливее.

— Я просто констатирую факты, – сказал Дакерс, подталкивая ее к драконам. – Пошли. Надо вернуться к озеру, пока доктор Ли не превратился в статую подавляемой ярости.

— Пэнни-Ди!

— Буду вежливым, обещаю.

Обратный путь к озеру занял всего двадцать минут, что подтвердило теорию Рози о том, что драконы – гораздо более эффективный способ передвижения по Танрии, особенно если нужно покрыть серьезное расстояние.

Зедди ждал их на берегу, подпрыгивал и размахивал кулаком, удивительно напоминая Дакерса. Может, еще помирятся?

Дакерс приземлился, но когда Рози приблизилась к воде, в ее голове сам собой возник образ – воспоминание о холодном мужчине, которому не хватало костюма-тройки и теплых объятий, хмуро взглянувшем на нее, когда она спросила: «Ну что может случиться?»

Вместо того чтобы приземлиться рядом со спутниками, Элоиза развернулась на восток, прямо к ресторану. Видимо, рулило сердце Рози, а не мозг.

Адам стоял на веранде крошечной точкой, которая обрела очертания, когда они понеслись к нему. Он отшатнулся, когда Элоиза зависла в воздухе рядом с перилами, мощно взмахивая огромными крыльями. Рози перегнулась и увидела Адама, прижатого к стене му́кой, от которой у нее заныло внутри. Ее собственная боль, вызванная Плутом, казалась жалкой в сравнении с этой. Она хотела снять это бремя с плеч Адама – ведь оно продолжало давить, – и этот ужасный груз, казалось, олицетворял дракон перед ним.

— Давай. Подойди ближе. Она не причинит тебе вреда, – сказала Рози успокаивающим тоном, которым два года назад приманивала Пупсик-Бдыщ-Пердюка к его первой банке тунца.

Адам покачал головой, слезы текли по его щекам, маска треснула перед лицом величественного создания, парящего перед ним. Взмахи огромных крыльев Элоизы раз за разом взметывали его черные с серебряными прядями волосы, открывая трагическое лицо.

— Адам… – Рози протянула руку, хоть ему было и не дотянуться.

Она не думала, что он пошевелится. Не думала, что приблизится к дракону или к ее руке. Поэтому, когда он сделал первый нерешительный шаг, потом еще и еще, он словно вскрыл грудную клетку Рози и бережно взял в руки ее трепетное сердечко. Он прошел до самого ограждения и поднял дрожащую ладонь, выше и выше, и Элоиза склонила шею, чтобы коснуться носом этой руки, обнюхать лицо и лоб. Адам закрыл глаза, не мешая ей принюхиваться, даже когда она сбила с него очки.

Рога драконов передавали скорее чувства, чем слова, поэтому Рози не совсем поняла, что имела в виду Элоиза. Эмоция, которую она вливала ей в вены, была густой и полной скорби. Если выбирать слово, Рози назвала бы это сочувствием.

Дракониха уставала висеть на одном месте. Легкие работали как кузнечные мехи, из ноздрей вырывались золотистые искры. Рози понимала: вечно так продолжаться не может. Поэтому, как ни тяжело ей было оставлять Адама в столь уязвимом состоянии, она велела Элоизе возвращаться к озеру.

Улетая, она оглянулась. Адам стоял у перил, недвижимый, и с каждым взмахом крыльев становился меньше и меньше.

И все же она никогда еще не чувствовала себя ближе к нему.