Книга Конечно, любовь, страница 191 – Елизавета Шумская

— Тем более далеко не все любят брать на себя ответственность. Зато после того, как решение принято, кое-кто не преминет осудить его. В общем, политика. Но я посчитал, что нужны все восемь. Для этого и потребовался господин Меррей Ракхар. Я не особо надеялся, что тот откликнется, но он воспринял идею с энтузиазмом.

— Еще бы, – фыркнул Шиасу. – Это очень в духе дяди.

Демон помрачнел. Меррей прямым текстом сказал, что не одобрит ссору с Итвальдом Наенги. Шиасу и не собирался, в принципе: нельзя убивать того, в чьем спасении принял участие. Это злило обоих, но что поделаешь? Ситуация и так отличалась редкой неоднозначностью.

— А почему Саругано окаменел? – задала Айлла давно ее мучающий вопрос.

— Не знаю, – пожал плечами Ито. На самом деле у него была идея. Но она казалась слишком мелодраматичной даже ему самому.

— А он… не… раскаменеет обратно? – ради этого вопроса Мици даже перевоплотилась в человека.

— Нет, – покачал головой Итвальд. – Все статуи ахорцев, включая Саругано и его мать, разбиты в пыль и развеяны над горами. Город снесен до основания. Даже мостовых не осталось.

Такое кардинальное решение потребовалось, чтобы уничтожить схему, буквально впаянную в мертвый город. Наенги еще больше помрачнел, вспоминая доклады. Нашли множество тел разной давности. Если бы не вся эта история с Лесснихтом, город фонил бы смертью на несколько хорн вокруг. «Хорошо, что снесли… – Ито вспомнил безупречно красивые здания и вздохнул. – Хоть и жалко…»

— А разработки ахорцев и мэтра Мне-не-ведома-мораль уничтожили? – ехидно спросил Шиасу.

Ито вздохнул еще раз. Сколько же боев пришлось выдержать по этому поводу! Хорошо, что львиную их долю взял на себя отец.

— Разработки, разумеется, нет. Их скопировали и отдали в каждую из восьми семей с пометками от «можно использовать» до «применение карается смертной казнью».

— То есть таки эти поганые методики разлетелись по миру? – Ракхар уже видел цену всем этим запретам.

— У нас с этим не так просто. Завязано на родовой магии. Но если бы кому-то поручили разбирать, что можно отдать в семьи, что нет, кончилось бы межклановой войной. Информация – главная ценность. Такой метод со спорными знаниями используется уже давно.

— Когда снова начнут пропадать люди, ты знаешь, где искать.

— Уж найду, не сомневайся, – не выдержал-таки Ито, у которого как раз кончилось действие обезболивающего заклинания.

— Неужели все это было, чтобы оживить свои родственников?.. И маму… – говорила Саша тихо-тихо, что на нее совсем не походило. Айлла обняла подругу за плечи.

— Основная цель, скорее всего, была такая, – чуть помолчав, ответил Итвальд, пряча эмоции за казенностью речи. – Он проделывал все это снова и снова, а… хм… юбилей, скажем так, отвел для оживления матери. Скажу сразу, способ годится только для казни окаменением, который применил Лесснихт.

— Надеюсь, никто не додумается это проверять, – пробормотала Айлла.

— И что же теперь? – непонятно о чем спросила Саша.

— Учиться, – отрезала демоница, сурово глянув на мужчин. – Мы с тобой и Мици будем учиться.

— А ты еще и осваивать новые способности, – добавил Ихаро. – Ради своей личной гвардии.

Саша распахнутыми глазами посмотрела на Итвальда.

— Ты же… не оставишь меня с ними… наедине? В смысле разбираться с этими всеми делами?