Книга Конечно, любовь, страница 146 – Елизавета Шумская

— Сэл, нет времени искать их.

— Я понимаю. Просто какие-то детали могу уже и не вспомнить.

— Постарайся, – терпеливо попросил Итвальд, зная натуру кузена. Этот перфекционист вечно переживал, если даже кроха информации не будет донесена до ответственных лиц. – Я уверен, важное ты помнишь, а мелочи не так уж и важны.

На это арим пожевал губами, явно борясь с собой и желанием вскочить и собственноручно найти тот давний отчет.

— Важное, конечно, помню. Но ты же знаешь, что порой мелочи…

— Сален!

Тот поднял руки, показывая, что уступает давлению.

— Я тогда еще не был аримом. Просто один из солдат. И в самом обычном отряде, не как сейчас. Мы тогда патрулировали Армитей, квадрат, если нужно, покажу…

День не отличался солнечностью или какой-то особой прелестью. Бледно-голубое, почти белое небо, ни ветерка. Тихо, но не беззвучно. Сален и еще девять человек не спеша ехали по неширокой дороге. Руководство и хотело бы сократить численность отрядов, да только с гор, если что лезло, то два-три человека мало, что могли сделать. Порой и предупредить не успевали. То есть ценность такого патрулирования сводилась к нулю. За это знание пришлось заплатить немалой кровью. Поэтому теперь только так.

В тот день ничто не предвещало каких-либо неприятностей. Мужчины перешучивались, втихаря жевали сушеное мясо и яблоки. Увы, во фляжках плескалась только вода. Служба, побери ее…

Когда где-то впереди полыхнуло красным, народ даже не поверил. Однако алое зарево и не собиралось пропадать. Оно подсвечивало небо над горами еще пару минут. Потом сменилось на фиолетовое. На зеленом арим Тикул приказал двигаться по направлению к источнику этого неестественного, явно магического света. Продержался он, кстати, минут двенадцать. Отряд свернул с дороги и углубился в долину, пересек её, добрался до перевала и прошел еще одну низину. И вот на подъеме на следующую гору они наткнулись на Знак Запрета.

В этом мире существовало несколько мест, куда простым смертным запрещалось ходить силой богов. В характерный символ вкладывалась энергия каждого из них. Спутать с чем-то – невозможно. Обычно так огораживали все еще опасные места катастроф, устроенных демиургами. С учетом того, насколько быстро восстанавливался этот мир, таких знаков осталось не так уж много.

— В смысле… подтвержденные божественной силой? – поразился Итвальд. – Почему я не знал?

— Тогда дядя запретил об этом распространяться. А для преемника, насколько я знаю, все знания были записаны.

Ито скривился. Можно подумать, возможно перечитать все то, что любезные предшественники сочли нужным записать! Самое важное обычно передавали на словах. Хотя… кто ж знал, что древняя катастрофа может оказаться значимой.

В отряде к знаку отнеслись настороженно. Все поняли, что это такое, однако это как натолкнуться на развалины древнего, не особо выдающегося храма – понимаешь, что с этим связана какая-то история, даже может быть небезопасно, но какого-то особого трепета не испытываешь. Вероятно, реакция была бы другой, изменись что-то, однако кроме пониженного магического фона, который обнаружился где-то за полхорны до знака, всё выглядело совершенно обычно. Даже непонятное зарево пропало, больше не появляясь. Арим подумал-подумал и приказал возвращаться. Как, собственно того, и требовал знак.