Книга Магический сыск, страница 57 – Елизавета Шумская

— И тебе здравствуй, великий–и–ужасный Дрэм, а я уже начал думать, что ты – это легенда, которую придумал Дориан, чтобы ему никого не подселили. Я действительно твой глюк. Но тебе, так уж и быть, расскажу, как от меня избавиться – я исчезну как только доберусь до во–о–он того подноса и расправлюсь с ним… Кстати, – Джейко ухмыльнулся, – мои комплименты – в твоей постели и рядом с ней ТАКИЕ девушки!

Тацу бросил восхищенный взгляд на Моранну и снова улыбнулся рыженькой, скосив глаза на озадаченного даэ.

Дориан покачал головой. Комедия продолжалась.

— Чего тут только не было, мой дорогой Дрэм. Меньше дрыхнуть надо. И, к сожалению, тебя не глючит. А все эти незапланированные квартиранты… – Дориан обвел народ внимательным и оценивающим взглядом, – боюсь… мы будем вынуждены терпеть их присутствие, пока не избавимся от убийц, сидящих в Тихом парке.

— Дориан, да ты что! Ну слава Создателям, а то я уже был готов дать обещание бросить курить… хм… – Уже почти полностью пришедший в себя даэ отлепился–таки от косяка и, прошлепав через всю комнату, плюхнулся на один из стульев, не забыв мимоходом прихватить с подноса три бутерброда с ветчиной и что–то еще, опознанное как съестное.

— А я и есть легенда, Джейко… – начал он разглагольствовать, не прерывая процесс пережевывания, – да, к слову, о девушках… Девушки, моя глубокая признательность, – Реми обвел глазами женскую часть собравшихся в комнате и отвесил шутливый поклон, – вы не только не побоялись остаться в комнате с этими двумя, – многозначительный кивок в сторону этиусов, – но даже приготовили такой замечательный завтрак. – Даэ еще раз поклонился и поудобнее устроился на излюбленном насесте. – Так, о чем это я… ах да. О легенде. Ну так вот, между моим именем и этим словом можно смело ставить знак равенства, не забыв, правда, приписать, к легенде, что она всея УМН…

Даэ вздохнул, метко зашвырнул обертку от опознанного как съестное в стоящее под письменным столом ведро, и, совершив еще одну пробежку до подноса, на этот раз сопровождаемый пока еще недоуменными, но уже становящимися зло–возмущенными взглядами остальных студентов, и вновь вернулся на место, на этот раз с далеко не маленькой горстью крекеров.

— Тяжелая работа, ужасно тяжелая… энергии требует столько, что просто убейся тапкой. Удивляюсь, как я еще жив… – Дрэм возвел глаза к потолку, засунул в рот крекер, снова помолчал, проглотил печеньице, вернулся на землю и только тут соизволил обратиться к голодной и еще более злой аудитории:

— Спокойствие, господа и дамы, только спокойствие. Джейко не далее как пять минут назад изъявил желание позавтракать подносом, в чем я никак ему не препятствую. Остальные же промолчали, тем самым проявив полную солидарность с Тацу… так вот, дорогие мои, не надо на меня так смотреть – я лишь освобождаю вам место для творчества. – Рука парня вновь потянулась в известном всем направлении. – Вы только это, зубы не поломайте, поднос как–никак железный.

Сообразив, что он рискует так и остаться голодным, Тацу перебазировался вместе со Скией к столу, соорудил себе симпатичный бутерброд, наблюдая, как девушка наливает чай. Немного помолчал и предельно серьезно произнес:

— И все–таки, может, у кого–нибудь есть какие–нибудь идеи, как мы можем решить вопрос, не вовлекая в него такую кучу народу, тем более девушек?