Книга Магический сыск, страница 391 – Елизавета Шумская

Сыщик, нахмурившись, вспомнил встречу с Блондином.

Этого человека на самом деле звали Нани Рух. Полукровка, явно с большой примесью этиусской крови. Какая была остальная часть, не представлялось возможным разобрать. Однако фирменную высокомерно–презрительную мину этиусов ему хорошо удавалось изображать. Агн подошел к нему после игры. Тот был в небольшом выигрыше. Однако сыщику казалось, что Блондин скорее сдерживал себя, чтобы не оказаться в слишком заметном плюсе. Впрочем, в этих делах детектив разбирался постольку–поскольку и судить не решился. В любом случае, момент был хороший, и светловолосый гигант направился к игроку.

Тот лишь скептически на него глянул, вопросу то ли не удивился, то ли хорошо это скрыл.

— Ну знал я Лакоста. Сыграли пару раз. И что? – вальяжно произнес он.

Агн смотрел на нагло–ленивую мину лица, дорогую одежду с претензией на элегантность и невольно сравнивал его с аристократом Тацу. Оба выглядели молодо. Оба были опасны. Оба одевались дорого. Однако разница была поразительная. Блондин, несмотря на все свои потуги, а может, именно из–за них выглядел наглядным пособием к поговорке «Не все то золото, что блестит». «Дешевка», – подумал сыщик. И одновременно он нисколько не недооценивал мужчину. Нож под сюртуком и тонкую леску у запястья он заметил первым делом. Блондин был с низов, и они его не отпустили.

— Да брось, все видели, что вы работали в паре.

— Ну–ну, люди всегда что–нибудь придумывают, чтобы как–то оправдать свой проигрыш. Додумались тоже – в паре. Да я один весь этот зал сделаю как два пальца об стол. Что еще скажешь?

— Ну что ж, как хочешь, – многозначительно хмыкнул сыщик. А что делать? Оставалось только держать хорошую мину при плохой игре: доказательств–то нет. – Расскажи мне о Лакосте.

— Да что я могу о нем рассказать? Уверен, любая из его девочек–фанаток знает о нем больше, чем я. Играет неплохо. А что другое – это не ко мне.

Агн и так и этак попытался выбить из игрока хоть какие–нибудь сведения, но тот упорно стоял на своем – не знаю, не видел, не понимаю. Тогда он решил пойти ва–банк.

— Да харэ играть в несознанку. Я–то знаю, что вы с ним в одном обществе состояли. Скажешь, шутовской колпак и пешка тебе ничего не говорят, а, Блонди?

Тот уничижительно посмотрел на оперативника, однако в серых недобрых глазах что–то едва уловимо заворочалось.

— Знать не знаю, о чем ты, – произнес он с явной насмешкой. – Колпак какой–то, пешка. Придумаете тоже, фантазеры. И это сыщики!

— И скажешь, имена Верона Хакта и Леи Кемли тебе ничего не говорят? – сощурился Агн, ловя малейшие изменения.

— Слышал когда–то, не припомню, – еще одно пожатие плечами, будто он избавлялся от мокрого плаща.

— Ага–ага. А ты в курсе, какое наказание следует за дачу ложных показаний?

— А ты сначала докажи, начальник. Я игрок, да, только знать больше ничего не знаю. И вообще, знаешь, мне это все наскучило. Есть еще что спросить? А то я пойду. – Дожидаться ответа он не стал. Поднялся с гибкой грацией, которая возможна только в тренированном теле. И вообще этот молодой с виду мужчина вызывал отчетливое ощущение мелкого, но жестокого и наглого хищника. Внешность позволяла выглядеть невинно, но он даже не старался. Наоборот – глаза были насмешливо прищурены, а губы сжаты и явно привыкли кривиться в ухмылке. Чувствовалось, что уж этот точно своего никогда не упустит. Кто вышел со дна, тот умеет смотреть по сторонам и быть о–очень умным. Однако Нани уже зажрался, залоснился от сытости, и его потянуло на приключения. Одна из бед таких людей – они не могут слишком долго жить хорошо. Вот поэтому он сейчас и обернулся у самой двери.