Книга Менеджер Нагибко, вы робот? - 5, страница 80 – Елизавета Шумская, Юлия Жукова

— Спасибо тебе за это, — криво улыбнулся Рогозин, мысленно посетовав, что не успел к сегодняшней встрече.

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

Мне очень хотелось порадовать Сашу чем-то этаким, и потому я пристала к Глаше. Та смотрела на меня очаровательными голубыми глазами и всеми силами показывала, что готова помочь. Беда в том, что мы обе не представляли, что именно мне от неё надо.

— Скрепыш, может, ты просто подключишься и посмотришь всё сам?

Скрепыш: Да без проблем. А что искать-то?

— Да откуда я знаю? Что-то может указать нам на шпионов, на того, кто работает на конкурентов.

Скрепыш: Глаша, а, может, ты замечала что-то необычное, когда работала на производстве?

Глаша: Я не знала, что у нас есть шпионы.

Выглядела она расстроенной.

— Да никто не знал, милая. Это вот недавно обнаружилось.

Глаша: На производстве таких нет. Там все такие старательные. Я же сначала с инженерами работала. Они вообще или о технике, или о личной жизни говорили. Потом комсдарыня Ермолаева меня к себе забрала.

— Вот, может, что-то из того периода? —оживилась я.

Глаша: Простите… у меня почти не осталось данных с того периода. Космдарыня Ермолаева практически всё стёрла, когда передавала меня комсдарю Ермолаеву.

— Хм… а почему она всё стёрла? Она же мужу и владельцу компании тебя передавала, не чужому человеку.

Глаша: Там много технических и организационных моментов было, наверное, ему не надо было.

— Слушай, Глаш, а ты не помнишь, может, что-то необычное случилось незадолго до того, как тебя перевели к Николе… хм… Светозаровичу?

На этот раз маленький робот задумалась крепко. Мы со Скрепкой ждали, болтая в личке, чтобы её не отвлекать. Через какое-то время Глаша неуверенно опустила глазки и робко выдала идею.

Глаша: Комсдарь Ермолаев регулярно, раз в две-три недели, присылал комсдарыне Ермолаевой цветы в офис. Сколько я у неё работала, так всегда было. Она обычно радовалась. Иногда говорила что-то типа «Ладно, паразит, живи». И всегда-всегда просила меня сделать особый напиток на основе гранатового сока, писала на бумаге какое-то послание и отправляла с этим всем к нему. Комсдарь Ермолаев всегда меня благодарил и довольно улыбался. А вот однажды комсдарыня не приняла его букет. Отправила меня с ним обратно к нему. Без напитка и записки.

Мы со Скрепышем-Хераклом переглянулись.

— Та-ак. Они, наверное, поссорились?

Глаша: Да. Наверное, так и было. Потом через какое-то время комсдарь Ермолаев снова начал присылать цветы. Но комсдарыня уже так не радовалась. Иногда просто принимала цветы, но в ответ ничего не отправляла. Потом всё же начала просить меня делать напиток. А затем стёрла все данные и подарила комсдарю Ермолаеву. Я ему предложила сделать напиток, а он расстроился и отказался. Сказал, что я хорошая девочка, но не надо. Может, я что-то не так стала делать? Почему-то же комсдарыня меня отдала.

— Я не думаю, что причина в этом, —покачала я головой и ласково погладила её по макушке.— Женатые люди порой очень странные. А скажи, Ирочка… комсдарыня Ермолаева, отдав тебя Николе Светозаровичу, ещё связывалась с тобой?

Глаша: Да, у нас был особый канал.

Мы со Скрепкой, чуть не подскочили.

— И что она хотела?

Глаша: Она про женщин просила рассказывать, которые приходили к комсдарю Ермолаеву, и делать их фотографии. Особенно если они не только разговаривают.