Книга Приключения уборщицы, страница 39 – Алена Романова

Ученый нас обнял, но тут же вернулся к своей невозмутимости:

— Там топливо какое-то пролилось. И вообще везде грязь. Распоясались, — пожурил он нас и ушел в свою альма-матер — лабораторию.

Я остановила Мигеля и указала на лавочку. Наше любимое место для бесед.

— Я за тебя очень переживала, — сказала мальчишке. — И не только из-за пребывания на военной базе.

— Что тебя беспокоит Нюра? — совершенно по-взрослому спросил он меня.

Я вздрогнула и прослезилась, мой мальчик растет не по дням, а по часам.

— Меня беспокоит, что я клон. Что я не могу понять, кто я есть на самом деле? И я думаю, что тебе это тоже тяжело дается!

Мальчишка замолчал и несколько мгновений смотрел на небо, а потом сказал:

— Я благодарен Мигелю, за то, что он подарил мне жизнь. Он для меня как отец, которого я никогда не видел, но который написал мне письмо с подробным описанием жизни. Я зачитал его до дыр и запомнил в нём каждое слово. Но знать, что огонь может обжигать и обжечься об огонь самому это две разные вещи, Нюра. Наши оригиналы подарили нам бесценный дар: все знания своих жизней. Но распоряжаться этими знаниями будем мы. И только мы. Как их потомки, как их дети. Мы не они. Ты сама это мне говорила. Мы это мы! Оставь все эти тревоги. И живи, так как хочется тебе!

Он меня крепко обнял и поцеловал в лоб. А я ревела. Горько, надрывно. Освобождаясь от всех своих тревог и метаний. Я это я. И только я есть у себя. А ещё у меня есть ворчливый Герц Акимович, молчаливый Джон Смит и мой мудрый мальчик Мигель.

На следующий день, я упросила отпустить меня с Мигелем в город за Джоном Смитом. Герц и циотопы долго сопротивлялись, но под конец нашего спора, когда я схватилась за швабру, одновременно замолкли. А ученый протянул ключи от кадиллака.

И так мы очутились в Лас-Вегасе — в шумном городе, сверкающим как обвертка от конфетки. Нашли там полковника. Он сказал скомкано спасибо и тут же отправился веселиться в ближайшее казино.

— А где живёт твоя семья? — пошла я в наступление и приступила к первому пункту моего коварного плана.

Мигель испуганно отскочил от меня и молча посмотрел на ноги.

— За городом, — в итоге бросил он, засунул руки в карманы джинсов, приподнял выше плечи и весь сжался при этом и посеменил к машине.

— Поехали, — заявила я.

Через несколько часов, мы подъехали к небольшому жилому кварталу с квадратными домиками, обнесенными забором с цветущими растениями. Мигель бледнел, потел, вздрагивал, от волнения искусал все губы, пока мы стояли за один дом от его дома.

— А вдруг она догадается, что я не её сын? — в сто первый раз спросил он у меня.

— Глупости Мигель, ты его точная копия! И тем более она тебя больше года не видела. За такой срок кто угодно может измениться! — в сто второй раз подбодрила его.

Я видела, что он колеблется и хочет уйти. И ушёл бы, так и не дойдя пары шагов до дома. Но мимо прошла его старшая сестра.

— Мигель! — радостно воскликнула она и принялась его обнимать. — Идём же скорее! Наша мама соскучилась по своему сыну. Каждый день спрашивает, как там её мальчик?

Она повела Мигеля за руку, а мне просто махнула, предлагая следовать за ними.

Ах, что потом началось! Как только мама увидела сына, столько любви, заботы и нежности вывалила она на него. Мигель только и успевал с благодарностью принимать всё её ласки. А дальше круговорот родственников, знакомых. Праздник на всю улицу. Шумный, искренний. С вкусной едой, жаркими танцами и красочными украшениями! Мне задали пару вопросов, и сразу приняли в семью!