Книга Брошенная жена Альфы. Открыла приют для его незаконных детей, страница 46 – Юлий Люцифер

— Альфа.

Кайр подошел.

— Привет.

— Вы большой.

— Мы уже обсуждали.

— Мне плохо.

— Вижу.

— Вы умеете лечить?

— Нет.

— Тогда зачем приехали?

Я прикусила губу.

Кайр совершенно серьезно ответил:

— Эйлин позвала.

Том посмотрел на меня.

— Вы позвали?

— Да.

— Хорошо.

И снова закрыл глаза.

Кайр сел на другой стороне кровати.

Не говорил ничего.

Мне нравилось это.

Ирма приехала через двенадцать минут.

Осмотрела Тома.

Жар оказался высоким, но легкие чистыми.

— Стресс, переохлаждение, возможно, обычная детская инфекция. Сейчас главное сбить температуру и дать пить.

Она приготовила лекарство.

Том поморщился.

— Горько.

— Знаю.

— Я не буду.

Ирма посмотрела на меня.

Я уже готовилась уговаривать.

Кайр сказал:

— Я тоже ненавижу горькое.

Том посмотрел.

— Вы пьете?

— Когда болею.

— Альфы болеют?

— Постоянно.

— Врете.

— Иногда.

Том немного подумал.

— Если выпью, вы тоже?

Кайр посмотрел на Ирму.

Она едва не рассмеялась.

— Я могу дать господину Торрену обычную травяную горечь.

— Дайте.

Я смотрела, как взрослый мужчина принимает чашку отвратительного настоя только потому, что пятилетний ребенок решил устроить соревнование.

Оба выпили.

Кайр даже не поморщился.

Том поморщился за двоих.

— Вы обманули.

— В чем?

— Вам вкусно.

— Совсем нет.

— Не видно.

— Я старше. Лучше скрываю.

Том удовлетворился.

Через час температура начала снижаться.

Ирма осталась в соседней комнате.

Марта ушла поспать до утра.

Хеста тоже.

Я сидела возле кровати.

Кайр все еще был рядом.

— Тебе можно ехать, — сказала я тихо.

— Знаю.

— Тогда почему сидишь?

— Потому что не хочу.

Вот и все.

Не громкое обещание.

Не «я не оставлю тебя одну».

Просто не хочу.

Я посмотрела на него.

В полутьме лицо казалось мягче.

Усталое.

Очень мужское.

Мне хотелось коснуться.

Не из-за страха.

Том уже спал спокойнее.

Просто хотелось.

Я опустила руку на край кровати.

Кайр положил свою рядом.

Пальцы коснулись.

На этот раз никто не спрашивал.

Я не отодвинула.

Он тоже.

Мы сидели почти плечом к плечу.

Тишина не давила.

— Ты правда считала себя виноватой? — спросил он.

Я поняла сразу.

— В отсутствии детей?

— Да.

Я посмотрела на Тома.

— Не каждый день.

— Но?

— Очень долго.

— Дейрон никогда не говорил, что причина в тебе?

— Прямо нет.

— Тогда почему?

Я усмехнулась.

— Потому что иногда человеку не нужно обвинять вслух. Достаточно, чтобы все обследовали меня.

Кайр молчал.

Я продолжила:

— Каждый новый лекарь сначала смотрел мои анализы. Каждый новый совет был для меня. Пить это. Не пить то. Больше отдыхать. Меньше работать. Не нервничать. Изменить питание.

— А Дейрон?

— Говорил, что у него результаты хорошие.

— И ты верила.

— Это был мой муж.

Кайр повернул голову ко мне.

— Конечно.

Никакого осуждения.

От этого мне вдруг захотелось рассказать больше.

— Самое глупое, — прошептала я, — я боялась, что однажды он уйдет именно поэтому.

— И ушел.

— Да.

— Но теперь оказалось, что четверо детей не его.

— Да.

— Ты думаешь, это что-то говорит о твоем теле?

Я посмотрела на него.

— Не знаю.

— Я тоже.

Не тот ответ, которого ожидала.

Кайр продолжил:

— Поэтому не буду рассказывать тебе, что все обязательно получится с другим мужчиной.

Я чувствовала, как что-то внутри медленно отпускает.

Все эти фразы я слышала много лет.

Расслабься.

Получится.

Еще родишь.