Книга Ученье – свет, а богов тьма, страница 66 – Юлия Жукова

Хос кивает, но Ирлик дергает его за ухо.

— Тебе жареное вредно, – сообщает он наставительно.

— Я чуть-чу-уть! – канючит Хос.

— Попробовать можешь, – смягчается Ирлик, – но смотри, чтоб в привычку не вошло. Твоя еда сырая.

— Сырая – холодная, – жалуется Хос.

— Можно вареную без соли, – разрешает Ирлик.

— Пасиба! – щерится Хос, обнажая мелкие острые зубки.

Азамат наблюдает эту сцену с умилением, потом дает Хосу две горячие оладушки и ставит варить уху.

— Подуй! – предупреждает Кир.

Хос, который уже обжег палец, оборачивается к нему.

— Это как?

Кир подходит и показывает. Хос пытается повторить, но у него никак не получается струя воздуха нужной силы.

— Так-то людскую пищу есть, – поджучивает его Ирлик.

Наконец Хос справляется с оладушком.

— Тепло, – заключает он. – Но невкусно.

— Тогда жди, пока сварится, – ухмыляюсь я, вытирая ему руки влажной салфеткой, а то ведь заляпает мне всю мебель жиром. Запах салфетки ему не нравится, и он комично трясет руками, надеясь, что выветрится. Ирлик с Киром хихикают.

— Я не есть пришел, – независимо говорит Хос. – Я подумал. Надо с отцом поговорить.

Азамат, который сидел задумавшись, носом в кружку, оживляется.

— Отлично! Слетаем?

Хос кивает.

— Это вы о чем? – интересуется Ирлик у меня.

Я рассказываю ему об идее Азамата взять Хоса на работу лесоведом.

— О, это можно не летать, – отмахивается Ирлик. – Я вам и так скажу, что отец ему не разрешит. Они же скрывают, что говорить умеют. Ну и как ты себе представляешь молчащего лесоведа? Да и потом, не любят мои ребята с вашим племенем дело иметь. Этот-то котенок еще, любопытный, хотя и то удивительно, что терпит людской запах. А Хавис – взрослый кот, с убеждениями, он ни за что не согласится.

— А какая им выгода от молчания? – спрашиваю я. – Мне кажется, люди бы к ним почтительнее относились, если бы знали, что они разумные.

— Наоборот, – мотает головой Ирлик. – Было время, когда они не скрывались, так люди крали котят и выращивали себе слуг из них. У людей-то память короткая, а старые коты еще помнят.

— Ну правильно, а когда их стреляют, как дичь, это лучше, что ли?

Ирлик вздыхает и снова принимается чесать за ухом погрустневшего Хоса.

— Ирлик-хон, – вступает Азамат, – мне все же кажется, что люди с большим уважением обращались бы с хозяевами леса, если бы видели, что один из них занимает высокую должность при дворе. Я ведь не абы какую работу предлагаю, Императорский лесовед – это в будущем глава департамента природопользования. Департамента пока нет, конечно, но будет…

Ирлик сощуривает расписные веки.

— Ты намекаешь, чтобы я поговорил с Хависом.

Азамат слегка склоняет голову.

— Вы же, как я понимаю, в некотором роде…

— Всех их породил, да, – ухмыляется Ирлик. – Так говорят.

— А на самом деле?

— А на самом деле я не помню, – пожимает он плечами. – Может, и правда. Вот что я тебе скажу, Байч-Харах. – Ирлик внезапно подается вперед и деловито сплетает пальцы. – Если ты обязуешься в свое правление пробить закон о запрете отстрела лесных демонов, я поговорю не только с Хависом, но и со всеми старшими котами.

Азамат задумывается, а Хос надувается.

— Мы не демоны!

— Цыц, – шикает на него Ирлик. – С людьми надо говорить так, как им понятно. Привыкай, если получишь эту работу, тебя все поначалу будут демоном звать.