Книга Ученье – свет, а богов тьма, страница 61 – Юлия Жукова

Не тут-то было. Входная дверь шумно распахивается, и взволнованный голос Азамата оглашает весь дом:

— Лиза! Ты где? Ничего не случилось?

— Я тут! – отзываюсь я прежде, чем он устроит локальное землетрясение басовыми вибрациями. – Все отлично.

Выбегаю в прихожую, там полный комплект наших рыбаков, все напуганные, крутят головами по сторонам, как будто место не узнают.

— Че такое? – спрашиваю, настораживаясь. Вроде стены как стены, Ирлик их в пещеры не превратил…

— Ирлик-хон здесь? – потише спрашивает Азамат.

— Да, а откуда… – начинаю я и хлопаю себя по лбу. – Ой, вам же с воды все его выкрутасы было видно!

— Еще как! – выдыхает Азамат, смахивая пот со лба. – Мы уж думали, тут дом горит.

— Обижаешь, Ахмад-хон, – раздается у меня за спиной насмешливый голос Ирлика. – Мы специально к кострищу отошли. Ну как улов?

— Улов отлично! Доброго вам вечера, – несколько напряженно улыбается Азамат. – Ребят, давайте заходите, холодно же…

— Здрасте, – мирно говорит Кир, подхватывая у синевато-бледного Арона мешок и проталкиваясь на кухню.

Айша с восторгом в глазах кланяется богу и проскакивает вслед за Киром.

— Привет, – скалится им вслед Ирлик. – О, я смотрю, уважаемая старейшая дама тоже здесь! Покорнейше прошу меня потерпеть.

Матушка розовеет и цепляется за Азамата.

— Будет вам старую женщину стыдить, ну не признала в тот раз, так сами же ради этого преобразились…

— Я и не внакладе, – усмехается Ирлик. – Особенно если рыбкой поделитесь!

— Обязательно, – кивает Азамат. – Брата моего, Арона, вы уже знаете, но я представлю на всякий случай. Вот, прошу, будьте к нему добры.

Азамат с некоторым усилием отдирает Арона от стенки, тот мямлит, заикается, а потом принимается бить земные поклоны.

— Доброго здоровья тебе, Арон, – отчетливо произносит Ирлик. – Спасибо за дифжир, они у тебя и впрямь отличные.

Арон, по-моему, ничего не слышит. Ирлик тоже оглядывает его с тоской, а потом шепчет мне:

— Намути ему чего-нибудь от дурной башки, а?

— А я тебя проси-ила превратиться, – напоминаю. – Сейчас организую…

Когда я возвращаюсь со шприцем успокоительного, все уже заняты на кухне, кроме Ирлика, который играет в свои пещеры, и Алтоши, который возится с проснувшимся Алэком. Арон ползает вдоль стеночки, время от времени поглядывая в сторону гостиной и хватаясь за сердце. К счастью, укол действует быстро, и через несколько минут бедняга возвращается к нормальной жизни, только идиотская улыбка выдает, что с ним что-то не так. Матушка установила на плиту самую большую сковородку, как раз в плиту диаметром, и жарит на ней рыбные оладушки, окуная куски филе в тесто, которое я еще днем поставила.

— Так что это были за фейерверки? – потихоньку интересуется у меня Азамат, положив в пароварку последний клубешок чомы.

— Фотосессия, – улыбаюсь. – Посмотришь потом, очень красиво получилось.

— Ты все-таки… – начинает Алтонгирел тоном инквизитора, но тут же вспоминает про лежащего рядом Ирлика и затыкается. Я снова сажусь за нитки.

— Да, она добралась до меня со своей шакал-машинкой, – усмехается тот. – Так, погодите, после шестисот десяти какое следующее?

В озадаченной тишине Азамат осторожно предполагает:

— Девятьсот восемьдесят семь?

— Ага, – отвечает Ирлик, вписывая что-то в планшет. – Точно, спасибо.