Книга Из-под палочки, страница 130 – Юлия Жукова

— О. — Алиса покраснела и потянулась за телефоном. — Ну давай вместе?

— Нет, — поспешил пояснить Эндан. — Не снимок. Картину.

Глаза у Алисы раскрылись, как лепестки под солнцем. Да, это именно то, чего Эндану очень не хватало: портрет Алисы в гостиной. На самом видном месте. Большой.

— А к-как это? — выдавила она. — Я же не… То есть не станет же меня настоящий художник рисовать?

— Станет, — отрезал Эндан, пробираясь среди мебели и коробок с детскими вещами к Алисе, чтобы напомнить себе, что она действительно здесь стоит, а не примерещилась ему от одиночества. — и не один. Я выберу.

В итоге Алису рисовали трое — чуть с разных ракурсов. К счастью, ей было несложно просидеть несколько часов за сериалом, благо Эндан купил себе домой такое же потрясающе удобное кресло, как в клинике, с подставкой для вытянутых ног. У Алисы в нём сразу улучшалась осанка, и Эндан только что не прыгал от радости, потому что ему удалось ещё в чём-то позаботиться о своей Рябинке.

В итоге все три портрета оказались настолько хороши, что выбрать он не смог, и повесил один в гостиной, другой в спальне, а третий — в своём кабинете во дворце. Правда, тот, что в спальне, потом перевесил в библиотеку, где иногда работал из дома, а то в своей спальне он почти не ночевал и красоты не видел.

— Ого ты осмелел! — воскликнул брат, зашедший посреди рабочего дня к Эндану в кабинет с двумя чашками кофе.

— Ты о чём? — нахмурился Эндан. Он за собой никаких смелых жестов не замечал.

Брат кивнул на портрет и поставил чашки на стол.

— Оторвой своей хвастаешься.

Эндан похолодел. Конечно, вешать портрет там, где его все могут увидеть — это хвастовство и есть. И пусть это картина, а не фотография, она довольно точно передаёт внешность Алисы, да и само по себе хвастовство — отчаянный риск сглаза. Как же Эндан об этом не подумал⁈

— Ох ты ж, зря я сказал, — протянул брат, окидывая Эндана кислым взглядом. — Ладно, ты не бери в голову, ну или, не знаю, занавесочку накинь сверху. Будешь любоваться, когда никого нет.

Сказал и фыркнул в кулак.

А Эндан понял, что у него не поднимется рука спрятать Алисино лицо. Именно на этом портрете она так сияла радостью, смотрела так тепло и благосклонно… Один взгляд на неё между делом наполнял Эндана уверенностью, что всё будет хорошо. Она как будто каждый раз обновляла своё обещание. Она справится. И он справится вместе с ней.

Когда в следующий раз Хотон-хон завела разговор о снотворном, Эндан решительно помотал головой.

— Я смогу.

О, сколько раз он пожалел об этом решении!

Ну, почти пожалел. Сидя на комфортной кушетке в зоне ожидания Дома целителей, Эндан ругал себя на чём свет стоит — и за то, что вообще отважился заинтересоваться женщиной, и за то, что, не обуздав свои желания, посмел прикоснуться к ней, и за то, что не был рядом с ней каждую минуту с тех пор, и за то, что не вырубил себя кирпичом по макушке, когда всё началось. Ругал, но внутри себя, если раскопать очень глубоко, он знал, что благодарен. За то, что его жизнь перевернулась с ног на голову. За то, что теперь у него было будущее. Было ради чего стараться, ради чего вставать с постели утром и к чему возвращаться с работы вечером.

Когда-нибудь потом он перетянет бормол и признается себе и всем вокруг, что для него на самом деле важно, но пока… Пока что он просто сжимал край кушетки и зубы, дышал и не выл в голосину, усилием воли не воображал кровавых сцен и не думал, что делать с вещами Алисы, если… Не думал!!! Вдохнув поглубже, он снова задумался о пристройке и признался себе, что не организовал её до сих пор, потому что хочет забрать Алису со всем бутором к себе и не выпускать из вида. Он не решался ей об этом сказать, боясь, что она снова увидит в нём своего отца, но сопротивляться становилось всё тяжелее. А после сегодня будет ещё хуже — Эндан же проявил невообразимую смелость, он сидит тут и практически совсем не боится, не говоря уже о том, что в обморок не падает! И после такого подвига его душа потребует награду…