Книга Не в свои сани, страница 64 – Юлия Жукова

Духа, конечно, тоже неловко, но он сам предложил. И не пойти с ней, а быть рядом, на всякий случай, если вдруг что.

— Это было бы очень здорово, — выпалила она, прежде чем успела сама себя переубедить. Конечно, если министр узнает, это будет не очень приятно. Он, наверное, сразу от неё откажется. Будет обидно, если он всё-таки окажется нормальный. — Но это не будет тебе в тягость?

Дух решительно помотал головой:

— Совсем нет. Кир вообще говорит, мне нужно больше гулять.

И улыбнулся ей через плечо. Улыбка так и засияла в лучах солнца. Какой он всё-таки… Мэй внезапно захотелось прислониться щекой к его спине, но это было бы неуместно.

Вскоре они подъехали к Киру и Ютте, которые облюбовали утёс над рекой и уже начали распаковывать принадлежности для пикника.

— Где вы там застряли? — спросила Ютта. — Мы уже тут готовились без вас всё съесть.

— Это вы куда-то ускакали, — парировал Дух.

Они устроились на небольшом плоском месте, на краю утёса, нависающего над рекой. Вид был захватывающий. Прямо на краю росло раскидистое дерево, на котором явно любили сидеть, судя по полированным местам на толстых ветках. Кир доставал из корзинки какие-то угощения, Дух раскладывал походную плитку, чтобы вскипятить чай.

— Я за водой схожу, — предложила Ютта.

— Давайте я. Это делается проще, — усмехнулся Кир, схватил котелок, разбежался и прыгнул с обрыва.

У Мэй сердце ухнуло в живот, но оказалось, что на дереве, была привязана верёвка, а на ней палка. Кир в прыжке за всё это уцепился и дальше полетел уже как на качелях, только на самой дальней точке отпустил руки и спрыгнул вниз, на берег — но расстояние там было уже не такое большое.

— Это что? — изумлённо промолвила Мэй.

— Тарзанка, — заворожённо ответила Ютта. — С ума сойти, тут есть тарзанка!

Никто ещё не успел ничего сделать, а Ютта уже побежала навстречу летящей обратно палке и ухватилась за неё обеими руками.

— Сто лет не каталась! — заорала она, улетая куда-то в небо.

Дух дёрнулся вроде как её поймать, но остановил себя.

— Она умеет? — спросил он у Мэй.

Мэй рассудила, что если бы Ютта не умела, она бы, наверное, не стала: Ютта не такой человек, чтобы рисковать попусту.

Вскоре Кир вернулся с полным котелком. Обратно он всё же забирался по склону, как обычный человек, а не как летающий супергерой.

Быстро поставив воду греться, все трое принялись по очереди прыгать. Внизу, под обрывом, разлёгся песчаный пляжик, на который, видимо, было довольно мягко приземляться, и ребята соревновались, кто дальше сможет прыгнуть — но, конечно, так, чтобы не угодить в реку, всё-таки для этого было слишком холодно.

Мэй сидела на коврике с недораспакованными корзинами с едой и наблюдала за происходящим с приклеенной на лицо улыбкой. На самом деле её вовсе всё это не радовало: ей было страшно и тревожно, и занятие это казалось опасным. Она бы с удовольствием предпочла не видеть, как друзья рискуют. А что, если промажешь или руки расцепятся слишком рано, ударишься спиной о скалу, или действительно в воду улетишь, или тарзанка порвётся, или ещё что-нибудь — ей представлялось столько сценариев неудачи, что она бы с удовольствием просто зажмурилась и отвернулась. Но она понимала, что этим испортит друзьям всё веселье, и поэтому терпела.