Книга Сбежавшая невеста для императора, страница 40 – Алла Хайдарова

— Ты уверен? — спросила она. — Это не принято на Кха'Тари.

— Я знаю, — сказал он. — Но я хочу изменить это. Я хочу, чтобы Кха'Тари стала другой. Чтобы женщины не были трофеями. Чтобы никто не был вещью.

Он подошёл к ней. Сел рядом. Взял её за руку.

— Я хочу, чтобы мы переписали законы, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты помогала мне. Я хочу, чтобы мы делали это вместе.

— Ты предлагаешь мне быть твоим партнёром? — спросила Мика.

— Я предлагаю тебе быть моей ровней, — сказал он. — Моей женой. Моей советницей. Моей любовью. Всем, чем ты хочешь быть.

Она смотрела на него. И внутри неё что-то таяло.

— Рей-Кан, — сказала она. — Я хочу этого. Но я боюсь.

— Чего?

— Боюсь, что это не получится. Что я не справлюсь. Что я подведу тебя.

— Ты не подведешь меня, — сказал он. — Ты самая сильная женщина, которую я знаю. Ты выжила в джунглях, ты пережила заговор, ты спасла девушек. Ты не подведешь никого.

— Но я не смогла спасти Рину, — сказала Мика. — Она умерла, и я ничего не могла сделать.

Рей-Кан помолчал. Он чувствовал её боль через Эхо. Чувствовал, как тяжело ей.

— Я не говорю, что это легко, — сказал он. — Я говорю, что ты сильная. Ты переживёшь это. Мы переживём это вместе.

Он обнял её. Прижал к себе.

— Я люблю тебя, Мика, — сказал он. — Я люблю тебя так, как никогда не любил никого. И если ты останешься — я сделаю всё, чтобы ты была счастлива.

Она уткнулась лицом в его грудь. Слышала, как бьётся его сердце. Ровно, спокойно, уверенно.

— Я останусь, — сказала она. — Потому что мой дом — не планета. Мой дом — ты.

Он поцеловал её. Долго, нежно, как будто хотел показать ей все свои чувства.

— Тогда мы построим новый мир, — сказал он. — Вместе.

Она не ответила словами. Она ответила поцелуем.

В этот раз он был другим. Не быстрым, не торопливым, не как в храме, когда вокруг были джунгли и опасность. Медленным. Глубоким. Таким, в котором она чувствовала каждое его дыхание, каждое биение его сердца.

Его пальцы скользнули по её спине, легли на поясницу, притягивая ближе. Она выдохнула ему в губы, и он почувствовал этот выдох — тёплый, дрожащий. Эхо звёзд отозвалось внутри, разливаясь по венам горячим светом.

Мика запустила пальцы в его волосы. Тёмные, мягкие, пахнущие ветром и дымом. Он прижал её к себе так, будто боялся, что она исчезнет. Но она не исчезала. Она была здесь. Настоящая.

Он поднял её на руки — легко, как в ту ночь, когда она пришла к нему впервые. Отнёс к кровати, опустил на мягкие простыни.

Над ними — только свет двух лун, проникающий через открытое окно. И тишина. Такая глубокая, что слышно было, как бьются их сердца. Сначала — два разных ритма. Потом — один. Эхо звёзд пульсировало между ними, соединяя их в единое целое.

Его губы коснулись её шеи — легко, почти невесомо. Она выгнулась навстречу, чувствуя, как его пальцы скользят по её коже. Медленно, бережно, словно он изучал каждую линию её тела. Она дрожала под его прикосновениями, но не от холода — от того, что внутри неё разливался огонь.

Он остановился на мгновение. Посмотрел на неё сверху вниз. В его глазах отражались две луны, и она видела в них всю его любовь. Всю его уязвимость. Всё, что он скрывал за маской императора.

— Я хочу запомнить это, — прошептал он. — Каждый миг.

Она коснулась его лица. Провела пальцами по скуле, по губам.