Книга Леди и Ведьма против всех, страница 62 – Тоня Рождественская

— Так значит я «мешаю расследованию»? — я выгибаю бровь, чувствуя, как внутри разгорается новая волна возмущения.

— Нет, — он качает головой. — Мои чувства к тебе мешают расследованию. Но это моя проблема.

С этими словами он встает, явно готовясь к отступлению. И по какой-то неведомой причине, вместо того чтобы разозлиться ещё больше, я вдруг ощущаю глупое, детское счастье. У него есть чувства ко мне. И они мешают расследованию!

— И что ты теперь намерен делать? — спрашиваю я Беккера. — Или ты забрался сюда только чтобы предупредить, — чуть было не добавила: «и соблазнить». — Меня?

— Не только, — отвечает тот. — Подожду, пока все улягутся и хочу поискать кое-что.

— Что — костюм кровавого садовника и ритуальный нож? — ехидно интересуюсь я, оглядывая его с ног до головы.

— Нет, хотя было бы неплохо, — тихо шутит Ториан.

А потом как ни в чем не бывало усаживается на пол около кровати, облокачиваясь на спинку.

Блеск. То есть теперь нам предстоит долгое и смущающее ожидание, запертыми вдвоем в одной комнате после всего, что произошло.

Я откидываюсь на постель, пытаясь заставить себя не думать о той страсти, что случилась буквально пару минут назад, но куда там — перед глазами проносятся картины в самых мельчайших деталях. А тело как будто все ещё чувствует его прикосновения.

Мы молчим. Я пялюсь в потолок, периодически бросая взгляды на затылок Беккера. Его волосы в темноте кажутся почти черными. Пытаюсь представить, о чем он думает, сидя у моей кровати, как какой-то средневековый рыцарь, охраняющий сон прекрасной дамы. Вот только я не сплю, и мысли мои далеки от невинных.

Боже, как печально, что Беккер отступил в такой подходящий момент. Ночь, опасность, лишь подогревающая страсть, и Кэтрин как раз исчезла, оставив нас только вдвоем… И тут вдруг меня озаряет — Кэтрин!

Кажется, теперь я поняла, о каких именно сложностях он говорил.

— Ториан, — шепчу я в абсолютной тишине.

— Да, — отзывается его тихий голос.

— Я понимаю… Кэтрин и я…

Он замолкает на какое-то время, но потом грустно вздыхает.

— Это просто взрыв мозга на самом деле.

И я совершенно с ним согласна.

— Когда я смотрю на тебя, то вижу её. Но когда целую… — снова вздох. — Катя…

— Да?

— Ты должна знать, меня тянет к тебе вовсе не оттого, что ты — это она, скорее даже наоборот. С Кэтрин всё давно закончено, но ты…

— Ага, взрыв мозга, — повторяю я его слова, глядя в потолок.

Представляю, как это должно быть запутанно — целовать девушку, которая выглядит точной копией твоей бывшей, но при этом является абсолютно другим человеком. Может, он даже чувствует себя виноватым, как будто изменяет… не знаю, самому себе? Или своим воспоминаниям? Хотя, судя по тому, с каким энтузиазмом он меня только что целовал, угрызения совести его мучают далеко не всегда.

Мы снова погружаемся в тишину, в которой каждый думает о своем. Я размышляю, насколько невероятна вся эта ситуация. В моей прошлой жизни я была студенткой, едва закончившей Академию, готовилась к практике, переживала из-за ссоры с соседкой по общежитию…

А теперь я в другом мире, в теле своей магической двойняшки, запертая в комнате с парнем, который одновременно и хочет меня, и боится этого хотеть. И ко всему прочему, где-то в этом доме, возможно, бродит убийца в костюме Кровавого садовника, который желает меня убить.