Книга Брак с Драконом: Почему это так Сложно?, страница 20 – Алекса Рид

— Больно? — спросила я тихо.

— Терпимо, — ответил он, но его голос был напряжённым.

— Я аккуратно.

Я водила пальцами по его груди, размазывая мазь, стараясь не нажимать слишком сильно. Чешуя под пальцами была гладкой, как полированный камень, но тёплой, живой. Я чувствовала, как бьётся сердце под кожей — ровно, сильно.

— Извините, — пробормотала я, втирая мазь в самый край ожога. — Я правда не специально. Я идиотка, вечно всё роняю, но не кипяток на людей. Только на пол.

— Ты уже говорила.

— Я повторяю, потому что вы, кажется, мне не верите.

— А должна верить? — он посмотрел на меня снизу вверх, и наши взгляды встретились.

— Должны, — твёрдо сказала я. — Потому что я не вру. Я не умею врать. У меня лицо краснеет.

— Краснеет, — согласился он. — Сейчас, например.

— Это потому что жарко!

— В замке всегда холодно.

— Тогда у меня температура! — отрезала я и отвернулась, делая вид, что изучаю баночку.

— Мила, — позвал он.

— Что?

— Замолчи. Ты мешаешь сосредоточиться.

Я замолчала. Но мысли в голове не замолкали.

Какие у него широкие плечи. Как близко он сидит. Как пахнет. И почему моё сердце колотится так, будто я пробежала марафон. И почему я не могу отвести взгляд от его ключиц?

Я закончила с ожогом — красное пятно теперь блестело от мази, но выглядело уже не так страшно. Убрала руку, собралась отступить, но он перехватил моё запястье.

— Спасибо, — сказал он тихо. Голос звучал иначе — не командный, не насмешливый. А какой-то… человеческий.

— Пожалуйста, — прошептала я, не зная, куда смотреть. В потолок? В пол? На свою руку, которую он держал? Он притянул мою руку к своему лицу.

Медленно. Неотрывно глядя мне в глаза. И поцеловал запястье.

Губы были горячими — не обжигающими, как кипяток, а мягкими, тёплыми, чуть влажными. И нежными.

Я замерла. Мурашки побежали по руке, поднялись к плечу, спустились по позвоночнику. Я не могла дышать. Не могла пошевелиться. Не могла отвести взгляд.

Он поднял голову.

— Мила, — сказал Клаус, не отпуская моей руки. — У меня есть к тебе предложение.

Он замолчал. А я стояла, чувствуя, как мир рушится и строится заново. Как стены комнаты становятся то ближе, то дальше. Как его дыхание касается моей кожи, и это единственное, что я ощущаю.

Как сердце колотится где-то в горле, готовое выскочить и закричать: «Да! На что угодно! Только не отпускай!»

Но я молчала.

Глава 8 «ЧТО ОН ЕЩЕ ОТ МЕНЯ ХОЧЕТ?»

Я стояла, чувствуя, как его пальцы ещё сжимают моё запястье, и пыталась вспомнить, как дышать. Лёгкие отказывались работать, сердце колотилось где-то в горле, а в голове билась одна единственная мысль: КАКОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ? ЧТО ОН ЕЩЁ ОТ МЕНЯ ХОЧЕТ?

— Я… — мой голос сел. Я прочистила горло. — Я слушаю.

Клаус усмехнулся — краем губ, едва заметно — и наконец отпустил мою руку. Я поспешно отступила на шаг, стараясь не смотреть на его голый торс, и на ожог, который сейчас казался единственной уязвимой деталью в этом совершенном теле.

— Сядь, — он кивнул на кресло у камина. Я села. Потому что ноги не держали.

Клаус накинул на плечи халат — шёлковый, тёмно-синий, который скрыл всё то, на что я старательно не смотрела. Он опустился в кресло напротив и уставился на меня. Долго. Так, что я начала ёрзать.

— Мила, — наконец произнёс он. — Ты должна выиграть этот отбор.