Книга Квест Академия. Том 1 и 2, страница 128 – Марина Ефиминюк

— Только не говори, что имеешь в виду Дживса с Остадом. Считала, что у тебя вкус получше.

Илай пропустил остроту мимо ушей.

— Почему ты не поехала с очкастой? Ботаник говорил, что она звала.

— Если Тильда услышит, как ты ее называешь, то смертельно обидится.

— Хорошо, что она не услышит, – согласился он, откидываясь на спинку стула. – Так почему ты осталась?

— Хотела провести выходные в хорошей компании учебников.

— Значит, наши желания совпадают.

— Ты не похож на учебник.

— Зато я очень хорошая компания, – парировал он.

— Утверждение не выдерживает критики. – Я поймала себя на том, что наслаждаюсь каждой секундой шуточной пикировки.

— Брось, Эден. Мы заслужили праздник, – заявил Илай.

— Есть поводы?

— Считаешь, что их нет? – Он состроил удивленную мину. – Вечер выдался холодный, мы прошли испытание, у меня закончился домашний арест, твой фамильяр влюбился в лампу.

— Если кустик влюбился, то захочет мигрировать в библиотеку и мне придется своровать лампу. Понимаешь? Куча поводов устроить поминки, – заключила я.

— Мы остались в замке вдвоем, – закончил Илай многозначительной паузой.

Вблизи он казался ужасно красивым. Волосы падали на лицо, капризные губы были готовы вот-вот изогнуться в обаятельной улыбке. Почему я раньше не замечала, как обольстительно он улыбается?

Божечки! Кажется, у меня в глазах начинали взрываться фейерверки, а в голове вариться малиновый джем. Немедленно очнись, Аниса Эден, пока не превратилась в Аманду – четыре сорима!

— Ты сейчас потрясла головой? – удивленно ткнул он в меня пальцем.

— Тебе показалось.

— Давай на камень-ножницы-бумага. Выиграешь ты – помогу своровать из библиотеки лампу и осчастливлю твоего фамильяра. Выиграю я – ты осчастливишь меня.

— Нет.

— Не хочешь сделать счастливым кустик?

— Страшно представить, что сделает счастливым тебя.

— Я буду счастлив провести время где-нибудь не в академии.

— Ты мухлюешь в камень-ножницы-бумага.

Он снова улыбнулся, открыто, красиво. На щеке появилась забавная ямочка, какой я раньше не замечала.

— Тогда подбросим монетку? – Он вытащил из кармана серебристый сорим.

— Ты собираешься играть соримом?

— Что сказать? Привилегия столичных мажоров. – Илай покрутил монету. – Орел, решка? Быстро, Эден!

— Орел! – выпалила я. Тьфу! Переговорил.

— Послушная девочка, – ухмыльнулся он.

Сорим подлетел в воздух, красиво завис, перевернулся, словно дразня зрителей, и упал на широкую мужскую ладонь чеканным королевским профилем. Решка. Илай точно мухлевал, но я была не против.

— Надень что-нибудь удобное. – Довольный собой, он поднялся.

— Ты же не заставишь меня в холод таскаться по городу. Предупреждаю сразу, ненавижу пешие прогулки и свежий воздух! А если мне что-то не нравится, то люди вокруг сами собой становятся несчастными.

— У меня идея получше. Тебе понравится, – подмигнул он. – Встретимся в холле через полчаса.

Задавить странное ощущение, будто у нас всамделишнее свидание, удалось лишь усилием воли. И не спрашивайте, почему я галопом неслась в общежитие, едва не потеряв по дороге кустик. Честный ответ прятался в том же далеком уголке подсознания, что и воспоминания о родительском доме. В смысле настолько глубоко, что я туда лишний раз не совалась.

На дружеские посиделки собиралась без особого старания. Всего лишь выпрямила волосы с помощью заклятия разгоряченными, как утюги, ладонями… Посмотрела на себя в зеркало, шмыгнула носом и завила пряди на палец. Локоны не понравились, с ними я отдаленно напоминала Аманду – четыре сорима, если бы она превратилась в брюнетку с ореховыми глазами. Пришлось выпрямить заново, от усердия из-под ладоней даже пошел жиденький дымок. Как лысой сама себя не оставила, большой секрет.