Книга Давай поспорим, страница 20 – Марина Ефиминюк

Я кричала с трибуны слова поддержки, когда под ногами Колдера Найта обвалился грунт, и ведущий полузащитник команды боевиков ушел под землю. Вопила ругательства, если в наш щит залетал мяч некромантов. Первый раунд закончился ровным счетом. Я плюхнулась на лавку рядом с Кираном, протянула кружку с напитком и объявила:

— За победу боевиков!

— За некромантов! – ухмыльнулся он, стукнувшись своей кружкой.

— Жалеешь, что тебя выперли из команды? – не сводя с него пристального взгляда, спросила я.

Он подавился напитком, обтер губы тыльной стороной кисти и очень напряженно спросил:

— Ты обо мне с кем-то говорила?

— С чего бы мне тобой интересоваться? – издевательски хмыкнула я. – Случайно узнала. Болельщица из группы поддержки сказала.

Киран бросил на девчонок, заводящих толпу во время перерыва, нехороший взгляд.

— В следующем году пройду отбор и вернусь в сборную, – стараясь говорить нейтрально, поделился он планами и вдруг блеснул улыбкой: – Зато у меня точно есть время, чтобы сводить симпатичную девушку с разноцветными волосами на свидание.

— Или стать у этой девушки подопытным, – напомнила я.

Трибуны замерли в нервном ожидании начала второго раунда. Игроки, одетые в поглощающие магию костюмы и защитные шлемы, снова высыпали на арену. Народ взорвался воплями. Я сама не усидела на месте… Когда борьба между командами стала особенно острой, Киран не удержался и вскочил на ноги. Мы кричали друг на друга, на игроков и в принципе… А после финального гонга ошарашенно упали на лавку.

Никогда еще нас не подводили одновременно боевики и некроманты. Они сыграли вничью!

На улице морозило. В фонарном свете вспыхивали порхающие мелкие снежинки. От арены к светящемуся в темноте атриуму, где располагалась столовая, тянулся хвост из болельщиков.

— Спор отменяется, – вздохнула я, с большим сожалением попрощавшись с мыслью о добровольце на зелье веселья.

— В матче никто не проиграл, – заметил Киран.

— И никто не выиграл, – со значением добавила я, давая понять, что мы тоже в полном пролете.

— Пари есть пари, – спокойно настаивал Зейн. – Ты должна мне свидание, я тебе должен испытание. Все честно.

Нас обогнали два парня в черных фанатских футболках и без верхней одежды. На худой спине одного светилась надпись «Колдер Найт», у другого красовалось имя Эрика Дарквотера, громилы, выступающего в сборной под третьим номером. При виде этих двух отмороженных (во всех смыслах) болельщиков я подняла повыше воротник.

Киран немедленно затормозил, стянул с себя шарф и ловким движением обвернул его вокруг моей шеи. Замерев, я смотрела на Зейна широко раскрытыми глазами. Дыхание перехватало, щеки начали гореть. И вовсе не от холода.

— Зачем мне твой шарф? – проговорила я, словно слыша свой зачарованный голос со стороны.

— Чтобы ты не отказалась от свидания из-за простуды, – абсолютно серьезно заявил Киран и завязал концы узлом. Шарф был мягким, плотным и пах его чисто мужским одеколоном, ароматом ветивера и жимолости.

— Я варю лучшее в академии зелье от простуды, – заметила я.

— Скажешь, что получила смешную побочку. Я не поверю, приеду посмотреть и за компанию посмеяться, а ты не выйдешь из комнаты, – предположил он.

— Спасибо за идеи, как сорвать свидание, – пошутила я. – Часто обманывали?