Книга Небеса Элис, страница 49 – Марина Ефиминюк

Чувствуя себя так, словно попала в дурную мелодраму, она выбралась в коридор и тут же наткнулась на младшую сестру, скромно подпиравшую стенку у ректората.

— Привет. - Мила ңесмело улыбнулась.

— Разве ты не должна быть на занятиях? - спросила Элис, натягивая пальто.

— Я жду тебя.

— Напрасно, мне уже пора.

— Ты не хочешь со мной разговаривать? Из-за нас с Виктором? - с ожесточением спросила младшая сестра.

— То, что происходит между тобой и Виктором Полоцким,только ваше дело. Я больше не стану тебя удерживать, - уверила ее Элис и, глядя в глаза, тихо произнесла: – Просто помни, чтобы не случилось, ты останешься моей младшей сестрой и всегда можешь рассчитывать на мою помощь.

Они примолкли, когда в пустом коридоре появились студенты, и разлетелось эхо громкого разговора. Заметив сестер Лазаревых, народ поутих и быстро скрылся в аудитории.

— Я должна идти, - заявила Элис.

— Постой, – Мила схватила сестру за рукав пальто. - Почему ты ничего не рассказала родителям?

— О чем именно? У тебя от них стoлько секретов, что я начинаю путаться.

— О заклинании. Ты же знаешь, что я использовала колдовство…

— Чтобы выставить меня из дома? – прямолинейно спросила Элис,и у Милы вспыхнули щеки. – Знаю, но не понимаю, ради чего ты использовала черную магию? Ревновала меня к родителям? В любом случае,именно ты останешься хорошей дочерью нашего отца… У тебя ведь пока нет ссыльного клейма.

В лице младшей сестры появилось растерянное выражение. Добавить было нечего, и, намереваясь уйти, Элис повернулась к юной колдунье спиной.

— Ты бы все равно уехала зимой! – бросила Мила,точно пытаясь оправдать некрасивый поступок.

— А ты бы могла потерпеть.

Не оглянувшись, Элис пошагала к выходу.

***

В окна кухни заглядывали сизые сумерки, заменившие по–осеннему густое солнце. На плите бурлил ковшик с ароматным карри, в металлической кастрюле томился рис. Пряные и острые ароматы вытеснили запахи магии, превращавшие семейный oчаг в ухоженные меблированные комнаты.

Под музыку, звучавшую в наушниках, в металлической салатнице Элис взбивала куриные яйца для омлета. Она повернулась, чтобы взять со стола соль, но увидела Ким Чжуна и от неожиданности чуть не выронила миску.

Говоря откровенно, за два дня, что Элис провела в доме на камышовом озере, она только мельком пересекалась с соседями. Отрекомендовав их крестному как «тихих», новая жиличка почти не покривила душой.

— Ты уже приėхал? – вытащив наушники, спросила она. – Ты сегодня рано.

Ким Чжун молчал, и у Элис сложилось впечатление, что она говорила сама с собой. Не глядя на стряпуху, он открыл холодильник и замер, видимо, обнаружив на полке пластиковый контейнер с кимчхи. Вид у корейца сделался ошарашенный, не сказать ошеломленный.

— Я купила его в магазине азиатской еды, – тут же уверила Элис, догадываясь, что само наличие закуски ввергло колдуна в состояние близкое к шоку. – А еще я готовлю японский карри и омлет с рисом. Поешь?

— Я не ем японскую еду, - сухо отозвался Чжун.

— Можешь поверить, японским его можно назвать весьма условно, - пошутила Элис, но реакции не дождалась .

Вытащив бутылку с водой, кореец закрыл холодильник. От резкого движения взметнулся пришпиленный на магнит листочек с шестью правилами совместного проживания, написанными по-английски аккуратным женским почерком. Открутив пробку, колдун сделал большой глоток минералки и спросил, глядя на список: