Книга Бедовый месяц, страница 52 – Марина Ефиминюк

— Из этого флакона? – потребовал уточнения.

— Из какого-то другого, – покаялась я. – Клянусь, мне никогда не пришло бы в голову использовать такое отвратительное средство, чтобы…

— Что?

— Вас соблазнить! – в отчаянии выпалила я и, всплеснув руками, едва не сбила чашку. Та обиженно зазвенела. Благородный фарфор не любил, чтобы его смахивали с блюдец.

— Другими словами, вы все-таки в курсе, что такое афродизиак, – насмешливо уточнил муж.

— Мне смертельно стыдно, что я наврала с три короба!

— Благодарю, – произнес он. – За то, что не стали скрывать правду.

На секундочку мы примолкли.

— А давайте я помогу размешать вам в чашке сахар, – сама от себя не ожидая, предложила я.

Ляпнула просто так, но мгновением позже поняла, какая отличная идея. Хорошая жена должна быть услужливой. Таких замечательных женщин не наказывают, в угол не ставят и на третьи сутки после венчального обряда за завтраком у них просят кусочек воздушного омлета, а не развод.

— Тереза, не стоит… – попытался Филипп, но я, проскрежетав ножками по полу из дубового массива, уже подвинула стул поближе.

— Не выдумывайте, помогу с огромным удовольствием! – С деятельным видом я подхватила ложку и принялась размешивать сахар в остывающем кофе, изредка ударяя по фарфоровым стенкам. – Вы не злитесь из-за теткиной глупости?

— Злюсь, – признался он.

— Вы поразительно тихо злитесь, – покосилась я на него. – И это страшно нервирует.

— Я должен злиться громко? – уточнил он.

— Нет, но… – Я перестала терзать кофе и вытащила ложку. – Честное слово, я даже пойму, если вы захотите, чтобы мои родственники немедленно отправились в Энтил и сто лет не появлялись на пороге вашего… нашего дома.

— Судя по тому, что уже середина дня, а госпожа Вудсток не осаждает наш номер, вы и без меня, дорогая супруга, неплохо справились со своими родственниками, – с насмешкой ответил он.

— Они по-прежнему в Сиале, – вынужденно призналась я. – Штурмуют горные склоны.

— Но ведь я уже оплатил их проживание на две недели, – заметил Филипп, принимая подвинутую чашку. – Было бы бездарной растратой просто отправить их восвояси.

— Вы еще должны кое-что знать, – решилась я покаяться почти во всем, что вчера произошло.

Филипп глянул на меня искоса и, кажется, напрягся всем телом.

— Что-то еще произошло? – тихо произнес он.

— Вы вчера вдруг заснули. Я испугалась и решила, что у вас случился сердечный приступ.

— С чего вы так решили?

— Вы же уже мужчина в серьезных летах. Возраст опасный…

Муж подавился и отставил чашку. Я немедленно передала ему салфетку. Как говорится, услужливости много не бывает.

— В общем, я решила, что у вас сердечный приступ, и позвала лекаря. Господин Эрлан Вестфольд знаменит… среди таких же, как он, именитых лекарей, – уверила я. – Повезло, что Рендел с ним познакомился во время дегустации.

Вдруг Филиппу важно, чтобы осмотр проводил не штабной коновал, а целое светило лекарской науки? Правда, насколько оно было ярким и не мерцало ли где-то на задворках нашего королевства, история умалчивала.

— Теперь понятно, почему он хорошо разбирается в средствах от похмелья, – хмыкнул Филипп.

Мы замолчали. Тишина была неприятной.

— Хотите еще сахара в кофе? – спросила я.

Во время нервного напряжения от меня сбегал аппетит, но нападала жажда деятельности. Сейчас очень хотелось ухаживать за мужем.