Книга Утро начинается с... любви, страница 75 – Наталия Романова, Ксюша Литт

— Желаю удачи! – фыркнула я.

Шлюханчество и тотальную ложь переработать во благо – это что-то новенькое!

— Вы хорошая девушка, Дина. Поверьте, я разбираюсь в людях. У вас много психологических проблем, травм, вам обязательно нужно пройти психотерапию, обязательно! Это непросто, долго и дорого, но я готова оказать вам эту услугу совершенно бесплатно, раз уж Андрей опустился до такого… – окинула меня непонятным взглядом.

«Такого» – это я?

Спасибо, на один комплекс больше, хотя, казалось, больше просто некуда.

— И вот, возьмите, – Лия расстегнула браслет на своём запястье, протянула мне увесистое украшение. – Все полагающиеся сертификаты, документы я пришлю, контакты, уверена, у Андрея есть. Возможно, это как-то компенсирует ваше время… и ослика, – скривила она губы в жалостливой улыбке.

Глава 21. Андрей

«Приземлились. Мчусь к тебе», – написал Андрей в мессенджере Дине, едва шасси самолёта коснулись земли.

Тут же посыпались оповещения о звонках, поступавших, пока он находился в режиме полёта. Много кто пытался связаться с ним, Дина – трижды.

Ждала, переживала.

Прилететь вообще-то по плану он должен был к обеду, но, по закону подлости, как это обычно бывает, рейс задержали. Нависла угроза, что Новый год ему придётся встретить на высоте свыше десяти тысяч метров над землёй где-нибудь над Красноярском, про который так убедительно залихватски весь месяц заливал он Дине.

Про кофейни, про Енисей, про холод собачий с сорокоградусными морозами. Совсем заврался. Честно сказать, неловко было перед девушкой, но как рассказать ей всю правду, совершенно не представлял.

Необходимо было как-то собраться, спокойно серьёзно поговорить, всё объяснить. Не велика ведь беда, что он богат. А умалчивал и притворялся не тем, кто есть, не со зла. Не шутки ради. Она комфортнее чувствовала себя с ровней по социальному статусу, вот и принижал своё положение.

Всё это так, вот только как объяснить, чтобы не обиделась. Не восприняла себя забавным приключением для него.

А кем она была на самом деле, сам пока толком сформулировать не мог. Но насколько Андрей мог припомнить, наверное, впервые он с таким нетерпением торопился вернуться. Скучал, ждал встречи, желая увидеть, обнять, поцеловать, затискать. Сделать с ней то, о чём так откровенно, многообещающе, без тени стыдливости мечтали они на расстоянии.

Сначала без промедления рассчитывал утолить голод, сразу с порога. Потом насытиться. Дальше сделать небольшую передышку. И снова, ещё. Хотелось её так, аж зубы сводило. Какие только фантазии не рисовал он в своём возбуждённом мозгу.

Больше трёх недель воздержания давали о себе знать.

Почему не позволил себе устроить разрядку с кем-нибудь, кто удачно подвернётся там, на месте, пока был загружен делами, сам объяснить не мог.

Легко можно было это устроить, но он, как чокнутый, в выдавшиеся свободные минуты хватался за телефон, чтобы откровенно похотливо-разнузданными: перепиской, разговорами, видеосвязью, ещё больше накрутить себя, завести, а после блаженно вязнуть-вязнуть-вязнуть в пьяняще-плотоядном томительном предвкушении.

Особый вид мазохизма какой-то, но он реально наслаждался всем этим безумством. Как едва достигший половозрелости пацан. Безрассудное дурачество, но такое приятное, с потрясающе головокружительным послевкусием.