Книга Утро начинается с... любви, страница 66 – Наталия Романова, Ксюша Литт

И никто даже в голову не брал, что, как говорится, богатые ведь тоже плачут.

Конкретно Андрей так буквально, конечно, может и не плакал. Но о нехватке не меркантильного человеческого отношения порой печалился.

Может это и блажь, отдающая слащавой, слезливой патетикой, но теплоты, нежности, внимания душа иной раз всё же просила.

А окружающие в подавляющем большинстве своём все ждали что-то от него. Пользовались, требовали, выгоду искали.

Да, юлили и лебезили, стелились даже, и всё для того, чтобы что-то получить.

Чёрт его знает, почему так всё сложилось. Может, сам как-то невольно виноват, что притягивал к себе именно таких людей. Допускал к себе, а других и не замечал.

Лия, пожалуй, единственная, кто проявила к нему интерес как к личности. Поэтому, вероятно, и затянулись их отношения не на один год.

Вот только и ей, как выяснилось со временем, он интересен был по большей части как подопытный кролик. Залезла в его внутренний мир, как на непаханное поле ступила. Дорвалась до клиента. Начала выискивать какие-то комплексы, травмы, незакрытые гештальты. Диагнозы заморочные один за другим ему лепила. И при этом всём травила, травила и травила ему мозги.

Может где-то в чём-то она была и права, но общаться с ней стало просто невыносимо. Устал от этой всей мутотени. А воспринимать как женщину и подавно не имелось никакого желания.

Так в раздумьях, за вереницей мыслей, Андрей и не заметил, как оформил заказ на приглянувшегося сияющего каменьями ослика из платины.

Ну а что? Вполне себе миленький. Точно не хуже керамического.

С чувством полного удовлетворения позакрывал открытые вкладки, серьёзно намереваясь заняться, наконец, делами. А то расслабился, занялся ерундой, заставив весь мир подождать.

Придвинул уже к себе ежедневник, как вдруг зазвонил телефон.

«Лия».

— Ну и как она это делает? – Андрей поморщился.

Чип, что ли, ему какой-то в мозги между делом прошила, пока конопатила их психологическими проработками. Вот как так? Стоит только мало-мальски впустить мысль о ней, и вот она – тут как тут.

Нарисовалась – не сотрёшь.

— Что? – ответил он в трубку недовольно, без приветствия.

— Андрей, я уже переживаю, – отозвалась Лия, тоже без «здрасте», переходя сразу на истерические претензии. – Ты слишком долго находишься в депрессии. Это крайне ненормально

— П-ф-ф-ф-ф, – Андрей медленно выдохнул, чтобы не перейти на мат. – Слушай, Лия, мне тебя заблокировать, что ли?

— Ты просто не понимаешь, что то, что ты сейчас творишь, ты проблему этим не решаешь, а загоняешь её ещё глубже. Замещаешь её…

— Какая проблема? Ты о чём? Что я замещаю? Лия, ты – психолог, – перебил её Андрей, – ты научишься меня когда-нибудь слышать? Нет у меня никаких проблем. Всё хорошо у меня. Просто отлично. Я счастлив и доволен абсолютно всем, ровно до тех пор, пока ты не начинаешь мне вскрывать мозги. С тобой каждый разговор – это сплошная нервотрёпка.

— Нервотрёпка у тебя не из-за разговоров, а из-за деструктивных внутриличностных конфликтов. И я тебя слушаю и слышу, – возразил голос в трубке. – И слышу именно то, что недоступно простому слушателю. Все нюансы и подтексты. Именно поэтому и тревожусь. Но ладно, хорошо, давай пока не будем об этом. Я слышала, что ты через две недели прилетаешь в Китай.