Книга Развод. Цена твоей измены, страница 93 – Ира Дейл

Все, что мне удается делать — это хлопать глазами.

Александр же будто бы не замечает моего смятения. Он находится в собственном мире. Погружается в воспоминания. Но при этом остается где-то неподалеку с нашим временем, потому что продолжает говорить:

— Я знал, что она мне изменяет. На самом деле, мне было все равно. Но в последний год наши отношения начали налаживаться. Или мне так казалось, — вздыхает. — В общем, однажды мне позвонили из больницы и сообщили, что у моей жены возникли осложнения после проведенной процедуры аборта, — мужчина замолкает. Скорее всего, ему тяжело вспоминать то, что он почувствовал в тот момент. Но Александр быстро берет себя в руки, распахивает веки, смотрит прямо мне в глаза. — Когда я приехал в больницу, Лейла не призналась, что ребенок не был моим. Просто плакала и бормотала что-то о том, что не готова стать матерью прямо сейчас. Обещала попробовать через несколько лет. Говорила что-то еще, но я ее не слушал. На самом деле, мне было уже все равно, — он пожимает плечами. — Вот такая история.

Мне требуется несколько секунд, чтобы собрать мысли в кучу и выцепить из них важную.

— А как ты узнал, что ребенок не был твоим? — произношу не своим голосом. Так сильно он дрожит.

Александр хмурится.

— Да, не переживай ты так, — внимательно смотрит на меня, но, похоже, видит, что я все равно выгляжу максимально растерянной, поэтому встает, выходит из-за стола и садится рядом. Я опомниться не успеваю, а мужчина уже закидывает руку мне за спину и притягивает к себе. — Все, правда, нормально, — шепчет, крепко обнимая меня. Сначала сижу натянутая, как струна, но постепенно начинаю расслабляться. Вдыхаю мускусный с древесными нотками аромат мужчины и… верю ему. Чувствую, что на самом деле все хорошо. — Что касается твоего вопроса. Где-то за месяц до моего отъезда в Россию, ко мне заявился любовник жены. Нес всякий бред. Требовал, чтобы я отпустил Лейлу. Якобы она несчастна со мной, а я монстр, который заставил ее сделать аборт, — чувствую, как Александр на мгновение напрягается, но не проходит много времени, как он выдыхает. — Тогда-то я и подал на развод.

За столом снова воцаряется молчание. Александр, видимо, дает мне время все обдумать. Но не позволяет окончательно погрузится в грустные мысли. Продолжает сидеть рядом, обнимает меня, а вдобавок перебирает мои волосы, разметавшиеся по спине. Скорее всего, делает это на автомате, но мурашки все равно покрывают мою кожу.

Вот только я не пытаюсь отстраниться.

Мне нравится сидеть, прижавшись к крепкому мужскому телу, слушать сильное сердцебиение и чувствовать себя… защищенной.

Когда Герман вот так последний раз просто обнимал меня? Когда позволял мне хотя бы ненадолго стать слабой? Когда помогал справиться с негативными эмоциями?

Ответ на этот вопрос один — не помню.

И сколько бы я ни рылась в памяти, не могу вспомнить, когда последний раз чувствовать себя “за мужем”. Да, возможно, поначалу Герман стал для меня спасением. Благодаря ему бедная сиротка, у которой никого никогда не было, почувствовала, что кому-то нужна. Благодаря ему у меня появилось “плечо”, на которое можно опереться, или, по крайней мере, я тогда так думала. Благодаря ему у меня появилась дочь.

Да, именно за Алесю я благодарна Герману больше всего.