Книга Развод. Цена твоей измены, страница 55 – Ира Дейл

— Нет-нет, спасибо, — мотаю свободной рукой перед собой, понимая, что с Александра станется. Он действительно может пойти и заказать еще один десерт, хотя и этот хороший. — Все нормально, — стараюсь выдавить из себя улыбку, но, скорее всего, выходит только ее подобие. Поэтому прекращаю притворяться, вздыхаю и, наконец, съедаю кусочек медовика, который «ждал» меня на вилке.

Сладость тут же оседает на языке, разносится по рту, заглушает горечь от всего произошедшего за последнее время.

Непрошеные слезы снова подкатывают к глазам. Во рту пересыхает. Желудок сводит.

Нам очень вовремя приносят чай, я сразу же наливают его из прозрачного заварника в стеклянную чашку, стоящую на блюдце. Делаю глоток горячей терпкой жидкости, не обращая внимания на ее температуру. Обжигает, но это не помогает утихомирить надвигающуюся истерику.

Судорожно втягиваю воздух. Опускаю взгляд на стол, надеясь, спрятать от мужчины слезы, которые все-таки скатываются по щекам. Съедаю еще кусочек сладкого лекарства.

Желудок довольно урчит. Меня же, наоборот, захлестывают эмоции. Они рвутся наружу, просятся их выпустить. Возможно, если я отпущу контроль, это даже поможет мне освободиться. Наконец, ощутить блаженную пустоту. Но понимаю, что не могу позволить себе расклеиться перед Александром. Вот когда останусь одна…

— Вы должны понять, что ни в чем не виноваты, — вдруг начинает говорить мужчина. Я от неожиданности вздергиваю голову, забывая о слезах. Заглядываю в голубые глаза Александра, и едва не задыхаюсь, потому что вижу в них понимание и… нежность. — Поверьте, иногда отношения не стоят того, чтобы бороться, — на лице мужчины отражается грусть.

— Я не собираюсь бороться, — произношу тихо, на большее не способна.

В любом случае, я сказала чистую правду. После того, как со мной поступил Герман, ему нет прощения. Все, чего я хочу — чтобы он оставил меня в покое.

— Это хорошо, — Александр берет чайничек и наливает немного желто-зеленой жидкости во вторую чашку. — Я знаю, вы не просили совета, но мои люди пробили вашего мужа, — он неожиданно поднимает взгляд, смотрит мне прямо в глаза. — Если вы планируете разводиться, сделайте это как можно скорее, — в голосе мужчины звенит предупреждение.

Мне становится совсем не по себе. Дрожь прокатывается по телу. Возникает ощущение, что Александр знает гораздо больше меня.

— Все настолько… плохо? — едва шевелю губами, вилка высказывает из подрагивающих пальцев и со звоном падает на тарелку.

— Пока не могу сказать, — Александр, не отводя от меня взгляда, подносит чашку ко рту делает глоток. — Но у вас ребенок, лучше перестраховаться.

Прохожусь языком по пересохшим губам. Отпиваю еще немного чая, чтобы смочить саднящее горло. Во что вляпался Герман? Или Александр говорит о прошлом моего мужа? В любом случае, ответы на эти вопросы, я вряд ли получу.

— Я не пыталась покончить с собой, когда… — не продолжаю, но уверена, что мы оба поняли, о чем речь.

Не знаю, зачем снова возвращаюсь ко дню, когда Александр сбил мне, но мне важно знать, что я не хотела ничего с собой сделать.

— Я знаю, — мужчина вздыхает, в его глазах мелькает усталость, смешанная с грустью. У меня был сложный день, поэтому я сорвался, — снова откидывается на спинку стула. — Я должен попросить прощения не только за то, что сбил вас, но и за свою несдержанность. Примите мои извинения? — криво улыбается и смотрит на меня с такой надеждой, словно передо мной не взрослый мужчина, а нашкодивший ребенок.