Книга Что-то на французском, страница 17 – Татьяна Грачева

— Врежь первой!

— Риша, тащи за волосы!

— Оля, покажи свой фирменный!

Ильяс огляделся, почему-то искал взглядом Евгения. Из-за школы появилась ещё одна толпа, видимо, весть о предстоящей драке распространилась по всем классам. К пятачку стягивались жаждущие зрелищ и крови ученики.

Ильяс на секунду растерялся, отступил назад. Не тратя времени на размышления, отвернулся и крикнул, закрывая лицо ладонью:

— Директор!

По толпе пронёсся ропот, подхватывающий его крик: «Директор! Директор!» Кто-то убежал сразу, кто-то остался стоять, продолжая подначивать, но главное — отреагировала Риша. Суетливо огляделась и, схватив Диану за руку, потащила её к выходу из школы.

Оля несколько секунд стояла с видом победительницы, плюнула туда, где секунду назад стояла Риша, и направилась к центральному входу. Будто не было никакого забива. Проходя мимо Ильяса, оглядела его слегка удивлённо, будто узнала не сразу. Усмехнулась:

— А, парикмахерский сынок. Ты смотри какой стал… интересный.

Ильяс не ответил, дождался, когда толпа рассеется и тоже вернулся в школу. Несостоявшийся забив обсуждали шёпотом, Риша не вернулась на урок, Диана тоже улизнула домой. Ильяс досидел до звонка и, подхватив рюкзак, ринулся на волю.

На следующий день Риша не пришла в школу, а в пятницу в классе случился раскол. Лучшие подружки Диана и Риша сели порознь в разных концах класса. Демонстративно не общались. Ильяс наблюдал за ними, пытаясь понять, что произошло. Несостоявшаяся драка почему-то вылилась в ссору среди «бэшек». Прежняя компания девчонок крутилась вокруг Дианы, Ира и Валя, словно телохранители, заняли парту за её спиной, а Риша сидела в гордом одиночестве. Бывшие подружки поменяли объект поклонения, но при этом поглядывали на прежнюю предводительницу, будто до конца не могли определиться, на чьей они стороне.

Ильяс не собирался вникать в их конфликт, но переживал за Ришу. Она выглядела потерянной и одинокой. Он хотел подойти, но никак не мог решиться, друзьями они не были, вряд ли она начнёт с ним откровенничать. Несколько уроков он колебался, отмахивался от болтовни Витьки и наблюдал, а на перемене перед последним уроком взял рюкзак и сел рядом с ней.

Риша удивлённо приподняла брови:

— Ильяс?

— У окна не так жарко. Ты не против?

Она убрала со стула сумку и кивнула, приглашая садиться.

— Не против.

Весь урок истории Ильяс витал в облаках, украдкой поглядывал на Ришу и записывал всё, что рассказывал учитель, словно ему действительно было интересно, а сам сидел, как на игольнице, ощущая, как рдеет щека и шея с левой стороны. Присутствие Риши обжигало кожу и запускало тахикардию.

Как только прозвенел звонок, она подхватила сумку, но прежде чем уйти из класса, благодарно ему улыбнулась.

Обычно после школы Ильяс летел на занятия к репетитору по физике, потом перекусывал, иногда дома, иногда с папой недалеко от парикмахерской. По вторникам и четвергам доползал до тренажёрного зала.

По физике его натаскивал их учитель. Он не один год готовил выпускников для поступления, в том числе в мореходку. Занятия стоили недёшево, но Иван Тарасович гарантировал результат. Попасть к нему пытались многие, но он брал не всех. Ильясу помог дед: они с физиком в юности дружили, хотя учились на разных факультетах тогда ещё Морской академии. Эта дружба не выдержала испытания временем, но иногда всплывала в подобных одолжениях.