Книга Пышная слабость большого босса, страница 36 – Юлия Обручева

Его пальцы обжигают. В его глазах снова вспыхивает то самое темное пламя, которое я видела

вчера на кухне. Пламя, от которого у меня плавится низ живота, и это злит меня еще больше.

— Ты не смеешь со мной так разговаривать! Я пытался все исправить! Я снял с вас подозрения!

— Снял подозрения?! Да ты нас отстранил полчаса назад! — я вырываю руку.

Мои зеленые глаза полны слез — злых, жгучих слез бессилия и разочарования.

— Ты постоянно делаешь из меня врага, Алекс! Ты вытираешь ноги о моих людей, а потом

смотришь на мои губы так, словно хочешь меня трахнуть прямо на кухонном столе!

Грубые и отчаянные слова вырываются сами собой.

Алекс каменеет. Его скулы покрываются пятнами.

Он открывает рот, делает полшага ко мне, протягивая руку, словно хочет схватить меня,

прижать к себе, заткнуть поцелуем, о котором мы оба, черт возьми, думаем со вчерашнего дня.

— Рита... — хрипит он, и в его голосе впервые прорывается отчаяние.

— Нет! — я отшатываюсь от него, выставляя руки вперед. — Не прикасайся ко мне. Не смей.

Я смотрю на него, на этого красивого мужчину, который построил империю, но не научился быть

человеком.

И вдруг внутри меня что-то обрывается. Натянутая до предела струна лопается.

Вся ярость, весь адреналин, все желание улетучивается, оставляя после себя лишь оглушающую

пустоту.

Я смертельно устала.

Устала воевать. Устала доказывать свою правоту. Устала хотеть того, кто приносит только

боль.

Я медленно опускаю руки.

— Ты знаешь, Александр... — мой голос становится ледяным, тихим и абсолютно спокойным.

От этого спокойствия Алекс напрягается сильнее, чем от моих криков.

— Ты победил.

Я снимаю с шеи бейдж с корпоративным пропуском. Серебристая цепочка звякает в моих пальцах.

— Что ты делаешь? — его глаза расширяются. В них появляется настоящий страх.

— Оставляю тебя наедине с твоим величием, — я размахиваюсь и швыряю в него бейдж.

Пластик ударяется о его грудь и падает на пол, к его ботинкам.

— Меня все это достало. Твои секреты, твои интриги, твои криворукие программисты и твои

биполярные перепады настроения. Засунь эту компанию себе в задницу.

— Рита, нет. Стой! — он бросается ко мне, в его голосе звучит неприкрытая паника. — Не смей

этого делать! Я не отпускаю тебя!

— А я не собираюсь спрашивать разрешения у "Совета директоров", — криво усмехаюсь я, глядя

ему прямо в глаза. — Я увольняюсь, Алекс. Иди спасай свой код. А с меня хватит.

Я резко разворачиваюсь на каблуках, открываю дверь и выхожу из кабинета, не оглядываясь.

Иду по коридору к лифтам мимо вытянувшихся лиц коллег, мимо растерянной Леночки.

Моя спина прямая, подбородок вздернут.

Но как только створки лифта закрываются, отделяя меня от этого кошмара, я прислоняюсь лбом

к холодной металлической стенке и впервые за все это время позволяю себе заплакать.

Все кончено. Теперь у меня остался только один человек в этом мире, который меня понимает.

И как только я доберусь до дома, я напишу Хантеру.

Глава 19. Алекс

Пластиковый бейдж на серебристой цепочке сиротливо валяется у носков моих ботинок.

Дверь закрыта.

Риты больше здесь нет.

Я стою посреди разгромленного кабинета, жадно глотая воздух, пропитанный ее яростью и

шлейфом сладковато-дерзкого парфюма.

Я в абсолютном шоке.

Она уволилась.