Книга Пышная слабость большого босса, страница 26 – Юлия Обручева

Hunteriza: Это предупреждение. Когда весь этот корпоративный ад с моим боссом закончится...

мы встретимся. В реале. И я проверю, насколько ты хорош на деле, а не на словах.

Сжимаю кулаки.

Я добьюсь ее. Обязательно добьюсь.

Только найду эту гребаную крысу, помирюсь с ней в реальности, и тогда я выйду к ней из

сумрака.

Hunter: Это обещание, рыжая. Обещание. Береги себя завтра в офисе. Твой босс — полный

кретин, но он не слепой. И если он хоть немного в своем уме, он уже понял, как сильно

облажался.

Hunteriza: Пусть только сунется ко мне завтра со своей паранойей. Я его на британский флаг

порву. Спокойной ночи, мой темный рыцарь.

Hunter: Спокойной ночи, моя фурия. До завтра.

Выхожу из игры, оставляя комнату в полумраке.

Глава 15. Алекс

С размаху швыряю на стеклянный стол тяжелую пластиковую папку с предварительными отчетами

службы безопасности.

Звук получается хлестким.

Пятеро моих ведущих разработчиков синхронно вздрагивают.

Воздух в переговорке плотный, удушливый, пропитанный ароматом кофе.

— Итак, коллеги, — я обвожу взглядом их лица. — Наша революционная игра, наш флагманский

продукт, над которым мы потели целый год, оказался у «Синтез-Теха». Я хочу услышать ваши

версии. Как исходный код, к которому имели доступ только присутствующие в этой комнате и

отдел тестирования, уплыл на сторону? Кто из вас готов поделиться соображениями?

Повисает мертвая тишина.

Я вижу, как у Стаса дергается кадык. Вадик нервно крутит в пальцах дорогой стилус. Они

переглядываются, словно стая гиен, выбирающая, кого первого бросить под танк.

Первым не выдерживает Вадик.

Конечно же, он. Мой ведущий бэкенд-разработчик, чье самомнение превышает только его

снобизм.

— Саня, да что тут думать? — он нервно усмехается, откидываясь в кресле, пытаясь изобразить

уверенность. — Это же очевидно. Это все отдел тестирования. И конкретно их ненормальная

начальница.

Моя челюсть мгновенно каменеет. А внутри, в районе солнечного сплетения, растекается жар от

злости.

— Обоснуй, — холодно чеканю я, подаваясь вперед.

— А что тут обосновывать?! — Вадик всплескивает руками, его лицо покрывается красными

пятнами. — Ты сам посмотри на нее! Эта толстуха нас всех ненавидит! Вы же с ней постоянно

цапаетесь! Она спит и видит, как бы стереть наш отдел в порошок! У ее бездарей был полный

доступ к финальной версии проекта. Она могла скопировать репозиторий, зашифровать его и

спокойно продать «Синтезу», чтобы отомстить лично тебе!

Стилус в его руках жалобно хрустит.

— Да, Саня, Вадик прав! — поддакивает Стас, оживляясь. — Ты вспомни ее поведение! Она же

ведет себя неадекватно! Эти ее вызывающие, вульгарные платья, в которых она вваливается в

наш отдел, этот ее смех! Она же специально выводит всех из равновесия, отвлекает внимание!

Пока мы тут пытались поймать дзен и дописать архитектуру, эта жирная корова в своих диких

нарядах методично сливала наш труд!

Я не замечаю, как поднимаюсь с кресла. Это происходит на слепом рефлексе. Мои кулаки

упираются в столешницу так сильно, что стол жалобно скрипит.

— Закрой свой рот, Вадим, — мой голос падает до вибрирующего, рычащего шепота. — Закрой рот

и больше никогда, ни при каких обстоятельствах, не смей так о ней говорить.

Вадик давится воздухом, его глаза расширяются от удивления.