Книга Мажор. Ставка на любовь, страница 33 – Ева Енисеева

— А она?

— А она не слышит. Или делает вид, что не слышит. Как и все вокруг.

Он поднял взгляд на небо, прищурился от солнца, будто это могло стереть неприятный осадок.

Я кивнула. Медленно. Где-то глубоко внутри пронеслось: “Значит, не всё потеряно.”

Он вдруг снова посмотрел на меня. Внимательно.

— Теперь твоя очередь поделиться со мной личной драмой.

Я растерялась.

— Никаких драм, я приехала учиться.

— Никаких эмоций? — усмехнулся он.

— Ну, если в моей комнате не ждёт красавчик, когда я голая выхожу из душа, у меня всё более менее спокойно. На считать же за драму… — я замолчала.

— Что? — допытывал он. — Говори!

Я вздохнула.

— Когда мне хочется испытать что-то… сильное. У меня для этого есть одна книга.

Тимур приподнял бровь.

— Только никаких шуток про Камасутру! — тут же выпалила я.

— А я ещё думал про библию, порочная ты девчонка — с укором сказал Тимур, заставляя меня покраснеть и засмеяться. — Так что за книга?

— Ничего. Старая, потрёпанная. Перечитывала её много раз. И там на сто восемьдесят седьмой странице — сцена, над которой я рыдаю, как идиотка. Каждый раз.

Он улыбнулся.

— И что же это за сцена?

Я смутилась снова и опустила глаза.

— Да так, девчачьи глупости.

— Не закрывайся, я хочу знать.

— Встреча влюблённых, которые много-много лет друг друга не видели, и которые уже принадлежат другим.

Сказала и закусила губу.

— И что он сказал ей?

Я подняла взгляд, поймав его испытующий взгляд.

— Что у него нет слов, чтобы описать, что он чувствует.

— А она?

— Что тоже рада его видеть.

— И всё? — спросил он.

— Да, говорю же, глупости.

— И они в конце остались вместе?

— Да, но потеряли слишком много времени…

Он усмехнулся и посмотрел вперёд.

Мне давно уже пора было бежать в комнату, если я хотела принять душ до занятий, но спугнуть это мгновение было бы кощунством.

Наши плечи соприкасались. Солнышко заливало старый корт. И у него нет невесты. Он свободен. Ничего нам не мешает, чтобы…

— Это твоя любимая книга? — вдруг спросил Тимур.

— У нас, книголюбов, считается, что любимая эта та, которую ты читаешь прямо сейчас.

— И всё же?

Я задумалась.

— Да. Наверное, она любимая.

Тимур молчал. Потом кивнул.

— Запомнил. Страница сто восемьдесят семь.

— Ты же название книги не знаешь, — засмеялась я.

— Я узнаю, — улыбнулся Тимур, встал и протянул мне руку. — Пошли. У нас ещё целая корзина мячей впереди. А точность, как ты верно заметила, пока хромает.

Я положила ладонь в его, и он легко поднял меня с лавки. Секунду мы стояли рядом — так близко, что я слышала его дыхание. Казалось, если бы я шагнула ещё чуть-чуть…

Тимур отпустил мою руку, я отошла.

— Идём, — сказал он спокойно и легко подкинул мяч, — я ещё хочу увидеть, как ты выносишь Даню с подачи.

Я засмеялась, отступая назад к сетке, а после тренировки едва доползла до душа.

Ледяная вода смыла остатки жара и усталость, но не мысли. Те продолжали крутиться в голове — и все вокруг Тимура… Пора брать себя в руки.

К столовой я подошла, когда основная волна студентов уже схлынула. Поднос, омлет, два тоста, кофе.

Я направлялась к столику, когда заметила Тимура. Он стоял у кофемашины, облокотившись на стойку, в белой футболке и с мокрыми волосами, будто только что из душа.

Мы переглянулись через всю столовую, словно делили на двоих один секрет. Совместные утренние тренировки же можно так назвать?