Книга Чемпион. Буду биться за тебя, страница 3 – Катя Кекс

— Ты спрашивал, что мне нужно?

Михалыч замирает. Он знает этот взгляд. Он видел его перед каждым важным боем.

— Драться буду, если она будет моей.

Тишина. Михалыч моргает.

— Она — кто? Массажистка?

— Вроде да.

— Ты её знаешь?

— Не знаю, но хочу, — растягиваю улыбку перед своим любимым Михалычем. — Ты обещал Золотую Рыбку? Я заказал. Доставай.

Михалыч смотрит на меня как на сумасшедшего. Потом что-то в его глазах меняется. Расчёт. Азарт. Он уже прикидывает, как это провернуть.

— Ладно. Ладно. Стой здесь.

Он срывается с места — туда, где стоит его «Гелендваген». Я даже не успеваю ответить.

— Ты куда?

— За твоей Наташей! Пока она в город не въехала!

«Гелендваген» взрёвывает и улетает за ворота.

Я остаюсь стоять посреди дороги. Солнце садится. На соседнем участке стонет Костян.

Я улыбаюсь.

Впервые за полгода.

Михалыч

Я останавливаюсь у шлагбаума и даже не глушу мотор.

Охранник в будке узнаёт «Гелендваген», вытягивается по струнке. Я опускаю стекло.

— Девушка на старой «Тойоте». Только что выехала. Куда повернула?

— Направо, Виктор Михалыч. В сторону трассы.

— Спасибо, Серёж.

Шлагбаум ползёт вверх. Я жму на газ. Резина визжит по асфальту. Плевать. У меня в голове крутится только одно: «Драться буду, если она будет моей».

Двадцать четыре боя. Девятнадцать побед. Три пояса. Пятнадцать лет я веду этого парня. Я видел, как он вырубал соперников на десятой секунде. Я видел, как он вставал после нокдауна с разбитым носом и забирал бой. Я видел, как он плакал после первого чемпионского пояса — один раз, в раздевалке, когда думал, что никто не видит. И я ни разу — ни разу! — не слышал, чтобы Самарин ставил условие. Он не торгуется. Он либо дерётся, либо нет. А тут: «если она будет моей». Как будто не про бой, а про бабу. Просто взял и переключил всю свою упёртость с клетки на девчонку, которую даже не знает.

Вылетаю на трассу. Впереди никого. Пустая дорога, сосны, закатное солнце. Жму сто двадцать. Сто сорок. Где эта чёртова «Тойота»?

Одной рукой держу руль, второй нашариваю телефон. Набираю Сергеича — менеджера того самого Костяна, который сейчас валяется на лужайке. Круги спортивного менеджмента пересекаются плотно. Сергеич мне должен, я ему в прошлом году трансфер устроил.

— Алло, Сергеич.

— Михалыч? Здорово. Ты чего звонишь в воскресенье?

— Твой клиент, Костян. У него сегодня массажистка была. Кто она? Откуда? Контакты. Быстро.

— А что случилось?

— Потом. Инфа нужна сейчас.

— Я не в курсе, он сам договаривался. Но могу узнать, у меня его ассистент на связи.

— Узнай. Жду.

Сбрасываю. Жму газ. Трасса уходит в ложбину. Впереди мелькает красный огонёк стоп-сигналов. Старенькая «Тойота» тащится в правом ряду. Облезлый задний бампер, мятое крыло. Она.

Я чуть сбрасываю скорость. Не спугнуть. Если она увидит, что её преследует мужик на «Гелендвагене» после того, что случилось у Костяна, — вдавит педаль в пол или вызовет полицию. И будет права.

Телефон звонит. Сергеич.

— Короче. Девушку зовут Наталья. Частный физиотерапевт, спортивный массажист. Работала в клинике «Восстановление» на юге Москвы. Ушла месяца три назад, сейчас на вольных хлебах. Костяну её порекомендовал кто-то из бывших: то ли тренер, то ли врач команды. Говорят, руки золотые. Серьёзная, но пациентами не церемонится.