Книга Господа психологи, страница 38 – Соня Дивицкая

— В деревню! – Этого и не скрывали.

— Вы там не выживете! – рыдала за дверью маман. – Сыночек! Она тебя угробит! В деревне надо пахать!

Кошку и комп погрузили в машину. Большой матрас, вещь ценную, прикрутили на крышу и вот так вот, с матрасом на крыше, медленно покатили по улице. Соседи с улыбкой наблюдали из окон, как Бабушка-Штириц машет платочком и как маленькая женщина, коротышка с тяжелой попой, бежит за матрасом.

— Сынок! Павлуша! Ты с этой будь потверже! На голову себе не сажай! Если что, рявкни на нее как следует! Пусть знает свое место!

Тетушка ГБ как настоящий полководец наблюдала отступление с крыльца, но вдруг она что-то вспомнила и тоже побежала догонять машину.

— Павлуша! Павлик! Подожди! – Она звала, и в голосе ее, так показалось многим, появились робкие женские нотки.

Павлик открыл окошко. Отдышавшись, тетя спросила:

— Павлуша, скажи мне… Как пользоваться газонокосилкой?

Вот так у меня появились новые соседи. Ребята купили небольшую развалюшку в нашей секретной деревне. Если честно, я немного беспокоилась, все-таки деревня у нас секретная, всего пять домов, и делить абы с кем бережок своей речки мне не хотелось. Поэтому с Татьяной мы договорились посторонним адресов не давать.

На свекровь свою она ничуть не обижалась, ведь именно благодаря маленькой женщине у нее появилась и река, и лесок, и свежий воздух. Первые дни от маман приходили сообщения: «Сынок! Ты живой?», «Павлуша, отзовись! Скажи маме хоть слово». Потом все стихло, ребята хохотали у костра, вспоминая свои кухонные войны. И вдруг однажды вечером, когда начались осенние дожди, на дороге показалась маленькая женщина в целлофановом плаще.

Женщина несла тяжелую сумку, иногда останавливалась передохнуть, а потом снова шагала через поле торопливым шагом. Из пяти домов она безошибочно определила тот, в котором поселилась молодая пара. Они как раз сидели под березой за деревянным столиком, гостей никто не ждал, поэтому от удивления Павлик даже не сообразил выйти к маме навстречу.

Маленькая женщина свалила сумку на пороге и с облегчением вздохнула:

— Ну, вот я и пришла.

Она начала выкладывать гостинцы. Колбаску привезла, апельсины, мясца, шоколад…

— Сынок, – причитала она, – как похудел! Павлуша, она тебя хоть кормит?

Среди прочего на стол был выставлен пластиковый контейнер с готовой едой, к тому же завернутый в фольгу, чтобы тепло сохранилось. Когда маман его открыла, мы с Танечкой не сразу поняли, что за пудинг она принесла. Мы не узнали бледно-желтую массу, а Павлик узнал, он улыбнулся:

— Запеканка!

Маленькая женщина приготовила для своего сына обычную запеканку, из яиц, муки и творога, такие готовят в детских садах и в наших больницах на полдник. И в той больнице, где Павлик с мамой спали вместе на тесном диванчике в ординаторской, там тоже давали такую запеканку. Когда он был маленький, это было его любимое блюдо.

Вот так вот присядешь иногда где-нибудь в кафе у фонтана, напротив готической колокольни, попросишь кофе, и пока гарсон бегает, озираешься. На чужом соборе стрелы вместо куполов, а под каблуком у тебя брусчатка так отполирована, как будто между кирпичами щеточкой прошлись. И вот возьмешь ты свой капучино, втянешь пенку, и думаешь: почему у них, на западе, все чистенько, а у нас, на востоке, грязненько?