Книга Жена по завещанию, страница 25 – Анна Гур

— Оригинальная девочка... Такого еще не было, — наконец, выдыхает, дает понять, что женщины в очередь выстраиваются, чтобы в его спальню попасть. Я это уже поняла.

Высокий, статный, выше меня на полторы головы, харизматичный, при деньгах и власти, умный, характер, правда, жесть, как я уже успела заметить, но все же.. господин само совершенство передо мной и это откровенно пугает и манит.

— Я пока не исключаю между нами родственной связи, малышка, хотя, в принципе, ознакомился с твоей биографией, но все же.

Опять притягивает меня, заставляя запрокинуть голову и смотреть на мужчину, затаив дыхание. Игнат умеет очаровывать, когда не выпускает шипы, но следующая фраза рушит всю красоту момента, когда наглый миллиардер выдает с нажимом:

— К утру буду знать ответ.

Отшатываюсь. Вернее, трепыхаюсь в сильных руках, пытаясь высвободиться, но олигарх силен, не уступает ни в росте, ни в мощи своим сподручным. Ему охрана не нужна, сам кого хочет в узелок свернуть может, его тело пышет жаром и энергией, силой, которую чувствую на подсознательном уровне.

— Просто отпусти меня, — отвечаю и в глазах опять колоть начинает, а Игнат проводит пальцем по моей щеке, опять ласка. Он будто соткан из льда и пламени и эти две части его сущности в вечном противодействии.

— Решу, что с тобой делать, после оглашения завещания, - отрезает и отходит.

— Вариант прикопать на заднем дворе также рассматривается? — не успеваю сдержать свой колкий язык, и Игнат окидывает меня взглядом с головы до пят.

— Как знать, - отвечает совершенно спокойно, а у меня ледяные иглы в виде мурашек по спине проскальзывают, потому что кажется, что Юсупов способен. своих конкурентов такой закапывает и глазом не моргает.

— Приятных снов, Юлия. Будь готова к восьми утра.

С этими словами выходит, а я за ним бросаюсь, дверь захлопывается перед моим носом, и я дергаю за ручку, не поддается, слышу оборот ключа в замке и щелчок.

— это похищение! Ты не имеешь права, больной извращенец! Я свободный человек! —кричу и молочу по двери так, что руки болеть начинают, поворачиваюсь и бью ногой, запал проходит, а я понимаю, что Юсупов ушел и ему наплевать на мою истерику.

Понимаю, что при мне даже моей сумки нет, ее отобрали охранники олигарха, когда меня в машину заталкивали, а я под адреналином даже не заметила. Осознаю только, сейчас, что я без телефона и вообще без какого-либо шанса выпутаться из этой истории без жертв.

Окидываю затравленным взглядом богато меблированную спальню и скатываюсь по двери вниз, на пол, меня начинает сотрясать истерика, рыдания обрушиваются на меня и пригибают под своей тяжестью.

Наконец, осознаю, что меня заперли, дверь массивная и тяжелая, я ее не сломаю, не открою и, скорее всего, единственное, что могу отбить, это собственные кости.

Отлипаю от преграды, которая встала между мной и моей свободой, окидываю комнату ошалелым взглядом в поисках чего-то...

Что я ищу! Не знаю. Возможно, то, что смогу использовать в качестве оружия, но, разумеется, ничего не нахожу. Даже ящики будуарного столика открываю, но там обнаруживаю лишь пустоту.

Эта комната пустующая. Необжитая. Открываю шкаф и нахожу постельное белье, полотенца, все в одной бежевой и белоснежной гамме.

Смутная догадка проскальзывает в сознании. От всего стресса мне именно сейчас конкретно захотелось в туалет по-маленькому, так сказать, и где мне нужду справлять, если Педант Тиранович запер меня и ушел, и явно, если я даже кричать буду, не придет.