Книга Развод с прошлым, страница 99 – Марина Безрукова

Хорошо, что тут специальный персонал, а у нас есть деньги. В обычном отделении, говорят, пришлось бы самим выносить из-под свекра или обтирать его. Фу. Я передернула плечами. Но это уж пусть свекровь или ее доченька. Я бы на такое ни за какие плюшки не подписалась.

Вот и палата номер десять. Притормозив у приоткрытой двери, я удобнее перехватила букет и собралась постучать. И тут услышала голос Галии.

О, она уже здесь! — с досадой поджала я губы. Вечно пролезет вперед всех. Ушлая бабенка, терпеть ее не могу. Позорит всю семью — одевается, как лохушка с маркетплейсов, за собой не следит, ни разу ботокс не уколола, да еще смеет язвить по поводу моих поездок в Швейцарию.

Однажды Айдар притащил эту клушу на один из приемов, так я не знала, куда от стыда деваться. Галия заявилась в каком-то простом платье, ни бренда, ни авторского дизайна, ни драгоценностей. Пришлось весь вечер обходить ее кругами, лишь бы не показывать приличным людям, что это моя родственница.

Не ладим мы с ней. С самого начала не ладим. Терплю ее только потому, что сестра мужа, а так давно бы высказала всё, что думаю. Один раз и высказала, не удержалась. Тактично, без скандала предложила контакты своих пластических хирургов и косметологов. А она…

Лицо загорелось, в ушах зашелестел змеиный шепоток золовки.

— Спасибо, Лаура. Но я предпочитаю стареть естественно. Хотя твой хирург, и правда, мастер. Совсем не видно, что тебе почти пятьдесят.

Я тогда чуть не задохнулась от ярости. Пятьдесят?! Да мне только-только сорок один исполнился! Змея и есть змея. Так и норовит исподтишка укусить. И дети у нее отвратительные. Старшенький еще на втором курсе напросился на практику к Айдару. Очкарик. Вечно с талмудами. С девушками не встречается, в клубах не бывает, зубрит, зубрит целыми днями, всё думает, что толковым юристом станет.

Я изогнула язвительно губы. Он себя в зеркале-то видел? Тощий, длинный, посмотреть не на что. И это юрист, простите? Юрист должен быть представительным, внушать доверие и располагать к себе. А тут кузнечик какой-то скачет, шуршит бумажками.

— … когда отец окрепнет, скажи ему об Анне. Скажи, — донесся до меня голос Галии. — Он поймет, когда ты объяснишь. Он же помнит про Алсу. Расскажи ему, что Анна такая же. Что любишь ее.

Анна. Я будто натолкнулась на каменную стену. Так вот оно что! Баба. Просто левая баба.

Лилии жалобно хрустнули у меня в руках, на пол упало несколько лепестков. Я еле сдержалась, чтобы не влететь в палату и не отхлестать этим пахучим веником Айдара по морде. Сволочь! А как пел! Как врал, глядя в глаза, что мы просто стали чужими и наши жизни больше не пересекаются.

Гад! В висках у меня так застучало, что я испугалась. Хватит сейчас удар, и положат меня на соседнюю койку. А этот кобель тут же побежит, теряя тапки, к крысе, которая пробралась к нам в дом.

Кто она? Откуда он ее выкопал? Я принялась рыться в памяти, пытаясь найти хоть кого-то с таким именем. Есть одна Анна Степановна, но это супруга министра энергетики. Ей около шестидесяти. А больше я и не знаю из общих знакомых никого.

Значит, подобрал какую-то мелкую шлюху. Видела я, какими глазами на него вечно смотрели всякие официантки и помощницы. Воображение быстро подкинуло картинку. Молодая, наглая девка, с подведенными глазами и хищной улыбкой. Та самая охотница на папиков, приехавшая из провинции, чтобы удачно залезть в постель к чьему-то мужу. К моему мужу!