Книга Развод с прошлым, страница 90 – Марина Безрукова

— Лаурочка, доченька… — пропела свекровь, открыв дверь. Рука ее взметнулась вверх поправить кипенно-белый платок на волосах.

Но уже через пару секунд лицо исказила тревога. Тамара Николаевна тихо охнула, поднесла пальцы ко рту и прошептала:

— Что? Что случилось? Айдар? Тимурчик? Ты заболела?

Я не ответила, только качнула головой и буквально рухнула на колени, обхватив платье свекрови.

— Мама! — вырвался у меня сдавленный крик. Я затряслась, словно сдерживала всеми силами истерику. — Спасите! Айдар… сошел с ума… Он… он хочет развестись…

Свекровь издала какой-то странный звук горлом, будто схватили за крылья большую птицу.

— Встань, доченька, встань…

Я позволила поднять себя, но продолжая всхлипывать, цеплялась за руку Тамары, как утопающая.

— Ни с того ни с сего, — бормотала я, принимая кружку с водой. — Мы не ссорились.

— Что тут происходит? — раздался голос Камиля Фаридовича.

— Здравствуйте, папа, — убито проговорила я, сжимаясь в комочек. Тамара сидела рядом, обнимая меня за плечи.

— Айдар решил развестись, — повторила за мной свекровь.

— Развестись?! — глухо переспросил Камиль, будто не расслышал с первого раза. — Он сам так сказал?

Я кивнула и прижала платок к глазам.

— Сначала прислал письмо от юриста, а потом сказал, что мы чужие люди и наша семья давно умерла. Я не понимаю… Ничего не понимаю. Разве я была плохой женой?

— Где он сейчас? — спросил Камиль, опускаясь на стул. Темно-карие глаза блеснули из-под поседевших бровей.

— Я не знаю, — склонила я голову. — Он не ночевал дома…

— Тома! — свекор заозирался по сторонам. — Где мой телефон?

— Ах, папа, не звоните… — взмолилась я. — Он не маленький мальчик. Сказал, что решение окончательное.

— Пока я жив, никакого развода! — гаркнул Камиль и тяжело засопел.

Тамара взметнулась птицей, встала рядом с мужем и принялась успокаивающе поглаживать по спине. Любые волнения были ему противопоказаны, прежняя схема лечения начала сдавать и гипертония всё чаще поднимала голову.

— Папа, мама! Вы единственные, кого он послушает. Остановите его! Ради Тимура, ради вашего внука. Ради нашей семьи, которая для всех была примером.

Камиль принял из рук жены таблетку, выпил и, прикрыв глаза, замер. Через минуту посмотрел на меня, и я порадовалась. В его взгляде бушевала буря из боли, гнева и растерянности. Его сын, его гордость, совершает немыслимое — ломает семью, ранит мать и жену и позорит их имя перед людьми.

— Неси телефон, Тома, — еще раз повторил он, сжимая кулак.

Анна

Каждый вечер ровно в 21:00 мой телефон оживал. Звонил Айдар.

Постепенно получился целый ритуал: я заваривала чай, зажигала свою любимую лампу и, кутаясь в плед, забиралась в кресло возле книжного шкафа.

Первые звонки были осторожными — короткие фразы, шутки, молчание, которое по-прежнему не вызывало неловкости, паузы, полные недосказанного. Но сейчас мы осмелели и даже говорили о будущих встречах. Я поверила, что они будут.

Не говорили лишь о разводе. И о Наташе с Тимуром. Наверное, зря. Не дело, как страус прятать голову в песок, всё равно рано или поздно правда выйдет наружу. И как ко всему этому отнесутся дети — неведомо никому. Но неслучайно в ящике Пандоры оставалась на дне надежда. Вот и я цеплялась за нее, веря, что Айдару удастся устроить всё максимально без потерь.