Книга Развод с прошлым, страница 115 – Марина Безрукова

Тянулись минуты, а я всё смотрел и смотрел на улицу, пугаясь, что туман станет еще гуще, и я пропущу момент, когда появится Аня. Каждый женский силуэт, приближающийся к музею, давал надежду.

Женщина в пальто с длинными каштановыми волосами. Нет, не она. Ёкнуло сердце — девушка остановилась у ступенек. И снова обман.

Сидеть и ждать было невыносимо. Время совсем остановилось, и будто в насмешку еле-еле передвигало минутную стрелку на больших круглых часах.

По ступенькам поднялась полная низкая женщина, позвонила в звонок и скрылась внутри. Еще через несколько минут туда вошли смотрительницы. Анны не было. Но может, всё-таки я просто не заметил?

Ровно в десять открыл дверь в музей. Не обращая внимания на приглашение в кассы, подошел к охраннику с длинными седыми усами.

— Здравствуйте! Анна Михайловну, хранителя, могу видеть?

Вместо ответа мужчина потянулся к телефону. Коротко переговорив, поднял на меня уставшие глаза с набрякшими под ними мешками.

— Она в отпуске. За свой счет.

Что? — попытался переварить я. Но Аня об отпуске ничего не говорила, наоборот, сетовала, что ни минуты свободной нет.

— Надолго? — всё же спросил я.

— Личную информацию о сотрудниках посторонним не даем, — буркнул охранник и сев в кресло, сразу стал похож на недовольного морского льва.

Я вышел на улицу. Постоял, поглядывая на окна музея. А что если она всё-таки там? Прячется от меня, потому что видела, кто ее спрашивает. Но зачем тогда охраннику врать?

Где же ты, Анна? Где? — пробормотал я себе под нос, постукивая кулаком о ладонь.

Думай, думай, Айдар, что ты еще знаешь? В памяти замельтешили обрывки разговоров, в которых Аня упоминала о подругах. Кажется, Дуня или Даша? И еще одна с совершенно цветочным именем. Роза? Нет.

Бессмысленно, — дернул я головой. Даже если я вспомню их имена, что это даст? И тут меня осенило: как же я сразу не додумался? Еще вчера надо было позвонить Наташе. Набрал, нетерпеливо прохаживаясь вдоль забора. «Абонент временно не доступен» — проскрипел противный голос.

Я медленно опустил руку с телефоном. Всё. Тупик.

Анна

— Проходи, — негромко сказал Ира, зажигая в прихожей свет.

На часах было почти двенадцать. Я валилась с ног, но не от усталости, а, скорее, от нервного напряжения.

— Спасибо, что забрала меня, — сказала я, стягивая с ног кроссовки.

— Да, брось, — отмахнулась Ира. — Иди в душ, сейчас я тебе выдам майку, штаны. А потом чаю выпьем. Или может, тебе вина?

Я качнула головой: нет. Только вина мне еще не хватало. И так голова раскалывается и мутит. В ушах стоял гул скорой и стоны Ивана. Я посмотрела на левое запястье, проверяя, не осталось ли следов от его пальцев.

Он вцепился в меня клещом, когда его погрузили на каталку. Плакал и трясся, умоляя не бросать, так что пришлось ехать с ним. Пытаясь его успокоить, всю дорогу я думала о том, как же меня угораздило оказаться в эпицентре всего этого.

Тревога о дочери сплелась с чувством вины и перед ней, и перед Иваном. Ведь если бы я уступила Наташе, то ничего бы не случилось. Теперь Ваня с обширным инфарктом, а к дочери я даже не знаю, как подступиться.

И ведь правы они. Куда меня понесло? Почему я сразу не подумала, как это выглядит со стороны? Наверное, заслушалась Айдаровыми речами, растаяла от его решительности, поверила, что мы, и правда, можем быть вместе. Уж очень захотелось побыть счастливой.