Книга Сага о принце на белом коне. Книга 2, страница 128 – Юлия Стешенко

— Почему? Вы… э-э-э… — Торвальд замялся, подбирая слова. — Вы… вы давно не одерживали победы в сражениях? Я не хочу сказать, что вы плохие воины, на поле битвы случается всякое… Уверен, ваши мужчины сильны и отважны, но…

— Мы просто не ведем войны. Очень давно, — прервала его мучения Ива. — Зачем воевать, если торговля приносит больше дохода.

— Да. Мой отец говорит то же самое, — по лицу Торвальда скользнуло огорчение. — Но рабы у нас все равно есть. А как же без них?

— Обыкновенно. Зачем рабы, если можно просто нанять людей?

— Зачем нанимать, если рабы сделают то же самое бесплатно?

Ива покосилась на водителя. Тот молча крутил руль, выражая затылком глубокое осуждение. Беседа действительно получалась малоприятная. Не та, которую стоит вести в присутствии посторонних. Торвальд, конечно, не виноват — он вырос в жестоком, примитивном обществе. Но… Понимание этого от мучительной неловкости не спасало.

А Торвальду на хмурую рожу водителя было плевать.

— Нет, ну правда. Успешный поход — это золото, скот, рабы. Твои соплеменники сильны и многочисленны. Слабые все это не построили бы, — Торвальд кивком указал на зубрящиеся за окном многоэтажки. — Но вы отказываетесь от выгодного решения, предпочитая ему невыгодное. Почему?

— Потому что! — Ива почувствовала, что начинает заводиться. — Нельзя убивать людей!

— Серьезно? Когда я Ингвара прикончил, ты вроде бы не возражала.

— Это другое! Мы защищались! А Ингвар вообще психопат одержимый. У тебя выбора не было! Но у нас выбор есть. У жителей Вертекса, я имею в виду. Мы можем не прибегать к насилию. Вот и не прибегаем к нему.

— Отказавшись от войн? Ерунда. Если вы не нападаете на соседей, значит, соседи нападают на вас. Так уж устроены люди. Мужчины должны сражаться, такова их природа. Вопрос только в том, на чьей земле произойдет битва.

— Ничего они не должны! Ваш путь воспитания мальчиков не единственно правильный. Барти ни с кем сражаться не хочет — и что? Он стал от этого хуже?

— Ну как сказать. Если вот этот парень сейчас развернется и попытается тебя придушить — кого ты предпочтешь видеть рядом? Меня или Барти?

— Этот парень не будет никого душить! Тут Вертекс, понимаешь? Тут никто никого не душит.

— Или те, кого придушили, об этом уже не рассказывают?

Торвальд торжествующе ухмыльнулся, довольный неодолимостью аргумента. Ива хотела огрызнуться, но посмотрела на него внимательнее — и не стала. Если споры о социальном устройстве общества помогают Торвальду преодолеть потрясение, почему бы не поддержать игру?

Таксист, конечно, будет шокирован… Но эту проблему можно решить чаевыми.

— Не нужно мерить наш мир мерками Грейфьяля. Это у вас там покойники по лесам месяцами валяются. А у нас развитая система защиты правопорядка.

— То-то мы понятия не имеем, где украденный алтарь искать. Это все от избытка правопорядка.

— Так алтарь же! А не человека, пропавшего без вести.

— Ну, знаешь. Алтарь поважнее будет!

Машина, пиликнув поворотником, начала выруливать к тротуару. Ива, посмотрев на счетчик, мысленно умножила сумму на два.

— Сдачи не надо. Больше спасибо, хорошего вам дня.

Таксист, хмуро зыркнув, выхватил у нее из рук деньги, дернул рычаг передач и стартовал с места так, что покрышки взвизгнули.

— Кажется, мы ему не понравились, — вздохнула Ива.